Яндекс.Метрика
Яндекс цитирования
На главнуюОбратная связьКарта сайта
Сегодня
17 октября 2018 г.

Всякая жизнь, хорошо прожитая, есть долгая жизнь

(Леонардо да Винчи)

Наши именинники


Публикации

19.10.2014

«Мое сердце рязанято»

Судьба то и дело сводила (и продолжает сводить) меня с потрясающими людьми. Меня-сегодняшнего не было бы, если б не целая «галерея» удивительных людей, с которыми меня сдруживала жизнь...

Вилли Р. Мельников и Олег РомановСудьба свела меня со знаменитым московским поэтом Вилли Мельниковым. В Воронежском журнале поэзии «Острова» в середине 90-х публиковались наши стихи, которые громились религиознутым критиком из Санкт-Петербурга Татьяной Никольской в другом тамошнем журнале «Любовь и музыка» (№ 1, 1997). Это нас и сдружило. И мы до сих пор переписываемся. Это Вилли рассылает мои мэйл-арт работы на различные международные выставки. А 17 августа 2014-го он побывал со своей подругой, филологом-медиевистом Ольгой Пуреховской, и своими рязанскими друзьями Дмитрием и Ларисой Макаровыми в Касимове и дал нашей газете интересное интервью. За четыре часа он успел в деталях осмотреть большинство касимовских храмов и церковь в Гусю-Железном, посетить фотовыставку Светланы Ткачёвой, музей самоваров и фотовыставку в Касимовском краеведческом музее, где оставил свои бесценные автографы; осмотрел действующую мечеть, где перевел суры Корана и отведал блюда татарской кухни, за что выразил благодарность депутату касимовской городской Думы Равилю Терегулову. Запечатлевая нашу архитектуру и ландшафты двухмеговой камерой своего сотового «Самсунга», он сотворил из видов нашего города арт-шедевры, которые называет «сотографией» и которые потом прислал мне на электронную почту. Вилли будет рад, если в Касимове ему помогут организовать выставку.
 
ДОСЬЕ
Вилли Робертович Мельников-СторквистВилли Робертович Мельников-Сторквист. Вилли это Вильфрид. По паспорту — Виталий Робертович Мельников. На самом деле Вильфрид Роберт Сторквист — старо-скандинавский оригинал фамилии (по отцу) означает «Мельник, на крыше мельницы которого журавль свил гнездо, послужившие мельнику доброй приметой». Родился дважды: в 1962-м в Москве и 1985-м под Гератом (Афганистан) во время срочной службы в Советской армии. Там, на афганской земле, он едва уцелел при близком разрыве мины, пережив клиническую смерть. Теперь он известный московский фотохудожник, поэт, эссеист, мэйл-артист («mail-art» — искусство украшения почтовых отправлений). А еще исследователь-вирусолог, ветеринарный врач, математик, москвовед, «собиратель языков», на данный момент пишущий стихи на 104-х языках включая навсегда умолкнувшие. Снялся в пяти художественных фильмах, а о нем самом снято восемь документальных. Написал две песни для Жанны Агузаровой. А рязанцы знают его по многим выступлениям; в частности в апреле 1996 года на арт-фестивале «Сова» и в июле 1999-го в ночном клубе «Алькатрасс» выступал с поэзо-перформансом, а также в «Старом Парке» и в «Фонтане» — совместно с гитаристом Константином Панкратовым. В музее Молодежного движения выставлялись его «сотография» рязанских окон, артефактов и ландшафтов. По словам многих рязанцев, Вилли удалось «внести на редкость весомый вклад в излечение рязанских поэтов от зацикленности на Есенине». Лучшим способом подобной поэзо-терапии Вилли считает взгляд на мир через авторские парадоксальные определения чего бы то ни было. Этот жанр он именует «Определезвия и ощущепки». Вот одно из них: «Кактус — это разочаровавшийся в жизни и не верящий ни во что огурец».
 
— Вилли, белый цвет общепринято считать чистым листом бумаги. А что для тебя белый халат? И немного о себе, ведь касимовцы узнают о тебе впервые.
 
В Касимове. У памятника шурави– Согласен. Чистый лист, или, как это принято говорить на латыни, tabula rasa [табула раса], считаю символом возможностей, которые часто не осознают те, у кого они есть. Здесь главную «рояль» играют не столько способности, сколько желания/стремления их обладателя. Табула раса многими воспринимается как вакуум. Написать на вакууме — все равно, что вилами по воде. Или кистью по воздуху. Это далеко не так. Вакуум для меня не пустота. Он — символ потенциальных возможностей, которые в тебе заложены. Не хочу утверждать, что Богом, я в этом смысле скептик, хотя атеистом тоже себя назвать не могу. Но это предначертано тебе теми сущностями, в которые ты склонен верить и, что более важно, которым ты склонен доверять. Ведь именно тебе предназначено заполнить этот вакуум чем-то твоим, уникально-авторским, чего до тебя в природе еще не существовало! Необходимо помнить, что в физике космический вакуум — совсем не синоним пустоты; стерильно пустого вакуума в природе не существует! В космическом вакууме носятся, поэтически говоря, целые стаи различных волн и квантов. А мой белый халат я расписал своими стихами на разных языках, превратив его в «лингво-гобелен». К тому же, этот халат — еще и мое профессиональное облачение. Я до сих пор являюсь, с тех времен, когда в начале января 1986-го пришел на дембель из Афганистана, научным сотрудником Московского института вирусологии. Долго не мог поверить, что я вообще еду домой сравнительно уцелевшим!
 
Новый наступавший 1986 год я встретил на верхней полке поезда Ашхабад – Москва. Поскольку мы сейчас находимся в центре Касимова и беседуем у памятника моим собратьям «шурави», как нас там называли, т. е. «советские», — воинам-афганцам, которым повезло меньше, чем мне, эта тема для меня останется актуальной до конца жизни. А наш НИИ вирусологии всемирно известен, но другое дело, что мне, к сожалению, некоторые сколь могущественные, столь и завистливые начальники не дали сделать всего, что я хотел осуществить и закончить мои научные авторские наработки. Тем не менее, я до сих пор, уже 29-й год, продолжаю там работать. К сожалению, работа там для меня в последние годы бывает редко. Финансирование из госбюджета не равномерно и минимально.
 
Но, как известно из закона сохранения энергии, если убудет в одном, то прибудет в другом! Так я и реализовался в других областях. Ирония судьбы здесь в том, что моя официальная работа в НИИ вирусологии стала чем-то вроде хобби, а вот мои вчерашние и позавчерашние хобби превратились в мои, может быть и не всегда равномерно и густо кормящие, но полновесные профессии. Среди них художественная фотография, поэзия, изучение иностранных языков, современных и древних. История архитектуры, взаимодействие ландшафта, человека и архитектуры и, конечно, прикладная математика, без которой в биологии делать нечего. И ряд областей и жанров, которые больше надо показывать, чем о них рассказывать, и которые я придумал сам. Я это люблю называть симбиозом контрастов. То, что возникает на стыке, на первый взгляд, совершенно не стыкуемого.
 
Сотография Вилли Мельникова. Серия ДревьеСотография Вилли Мельникова. Серия ДревьеСотография Вилли Мельникова. Серия Древье
 
— Мобилография, например? — подсказываю я, зная о Вилли почти все, поэтому мне легко с ним беседовать. А ты, я знаю, придумал этому свое определение: «сотография»? И это один из твоих неологизмов!
 
— Да, мой неологизм. Сотография. Поскольку снимаешь камерой сотового телефона. Вообще-то, я остаюсь ярым «пленочником» и снимаю постоянно живущим в моей сумке фотоаппаратом «ФЭД-2», который я, кстати, собрал из 4-х аналогичных сломанных, поэтому в каком-то смысле мой «ФЭД-2» — эксклюзивный экземпляр!
 
— Как и портфель! — невольно перебиваю я собеседника.
 
— Ты прав, Олег! Да, это кожаный портфель конца 1940-х годов. Время от времени, конечно, его приходится реставрировать. Ведь время — существо вечно голодное, и оно кушает и людей, и предметы, и явления... К тому же, этот портфель подарил мне актер Олег Иванович Янковский. В самом начале съемок Александром Прошкиным пастернаковского «Доктора Живаго», осенью 2004-го, мы с Янковским в сопровождении консультанта — историка костюма отправились в костюмерный зал «Мосфильма» выбирать себе одеяния по роли. У входа заметили какую-то ветошь, которая оказалась списанным тряпьем. Олег Иванович заговорщически мне подмигнул и предложил исследовать эту груду. Янковский подобрал себе винтажные пиджак и галстук. А я выцепил этот портфель и восторженно показал Янковскому. Он подходит к заведующей костюмерным цехом «Мосфильма» и говорит: «Подарите Вилли этот портфель! Он в него языки новые складывать будет!» Вот так у меня и оказался этот портфель. И я по праву считаю его подарком Янковского! В моем портфеле теперь 104 языка!
 
— Вот как! Есть версия, что в роман «Доктор Живаго» легли впечатления о пребывании Борис Пастернака, приезжавшего в Касимов к родному дяде по матери, доктору Осипу Исидоровичу Кауфману, в голодном 1920-м выращивать картошку. Фамилия Живаго имеет рязанские корни, а семейство Пастернаков было знакомо с выходцами из этого рода! Кстати, я был на «Мосфильме» в 87-м! Служил в армии в Теплом Стане. Там мои «Урал-4320» полностью загрузили солдатскими шинелями для съемок военного фильма. Ох, и тяжел был груз!.. Хорошо, спасибо, Вилли. А после? Знаю, ты еще в одном фильме снимался! А третий был уже? Бог любит Троицу!
 
— Я не знал, что Пастернак бывал в Касимове! Интересно! Я снимался уже в пяти фильмах! «Доктор Живаго» — был вторым! В первом «И мир меня не поймал» («И світ мене не впіймав», 2004), за месяц до первого, я снялся в Киеве на студии им. А. Довженко. Это фильм-притча. Он вышел на украинском языке. Режиссер — киевский поэзо-перформер и джазовый музыкант Юрий Зморович.
 
—Знаю, Юрий тоже поэт? И ты, и я — мы вместе с Зморовичем публиковались в одном и том же журнале «Черновик» (США), который выпускает поэт и арт-художник Александр Очеретянский! Прости, что перебил. Продолжай.
 
— Да! А его костюмированный исторический фильм о знаменитом украинском философе 18-го века Григории Саввиче Сковороде, которого даже называли «украинским Сократом»! Выхвачен из его биографии тот момент, когда он приезжает ко двору Екатерины, в Петербург. Я там играл скандинавского аристократа-философа, который спорит со Сковородою об устройстве мира. Это был первый фильм. Второй — «Доктор Живаго»; третий фильм называется «Амбиент». Его режиссер, сценарист и постановщик — Ираида Юсупова, мой давний друг и соратник по искусству. К тому же это международно громкое имя! Ираида Юсупова по праву считается ведущим российским композитором музыки «новой волны». Она же вручила мне роль в ее мистериальном балете по «Фаусту» Гёте — «Арфистки в аду». Я играю там Фауста. Ну и, естественно, пою и говорю по-немецки. Отчасти читаю свои ранее написанные стихи, отчасти импровизирую. Опера поставлена около года назад в Московском центре дизайна «ARTPLAY» на Яузе.
 
А четвертый фильм — уже московского режиссера Олега Хайбуллина — «Мечта олигарха». Снято кино по мотивам произведения писателя Юрия Мамлеева «Блуждающее время». Я там играю персонажа, который из далекого будущего проваливается в начало ХХI века.
 
В КасимовеВ Касимове
 
— Как «Зеркале для героя» у Владимира Хотиненко? У нас в Касимове он снял своего «Мусульманина» с Женечкой Мироновым и Дусей Германовой! Я вместе с ними снимался в бывшем кинотеатре «Марс», что как раз напротив места нашей беседы! Но в фильме осталась лишь моя тень. Может, кадры вырезали за мою критику фильма, на презентации в «Марсе», которую дважды показали по РТР!
 
— Да, но в «Зеркале для героя» двое приятелей попадают в 1949-й из 1987-го, а мой герой шлепается в наше сегодня из 25-го века. И рассказывает, как там устроена жизнь.
 
А пятый фильм, автор которого опять же Ираида Юсупова, называется по-хичкоковски — «Птицы». Но к Альфреду Хичкоку не имеет никакого отношения. Там я во многом играю сам себя — этакого «полусумасшедшего» ученого. Кстати, в моем профессиональном рабочем белом халате! У того моего персонажа — своего рода научный бизнес. Он заказывает некоему птицелову птичек уникального вида: они пригодны для превращения их в очаровательных, постоянно танцующих девушек, сохраняющих рост изначальных птиц — с ладонь. А после продает их за немереные деньги богачам со всего мира как живые игрушки... И в финале — расплата: эти преображенные птички обретают рост людей, возвращаются в свое первичное птичье состояние и улетают с полюбившимися им людьми, предварительно обратив их в птиц... В этом фильме очень много красивых спецэффектов, которые сочинил оператор и муж Ираиды Юсуповой Александр Долгин. В этой картине у меня одна из двух главных ролей. Другую главную роль играет мой приятель — Антонио Джулиано Грамши. Внук того самого знаменитого итальянского философа-марксиста Антонио Грамши(1891–1937). Антонио родился в Москве, на Сухаревке, так что русский язык с детства знает отменно, как и итальянский. Время от времени у нас с Антонио Грамши случаются совместные выступления на различных арт-раутах.
 
— Спасибо! Вот такой вопрос. Я знаю, что ты недолюбливаешь авторскую песню, джаз и романсы, но обожаешь рок. Когда-то в «Музыкальном ринге» Алла Пугачева вывела в свет Жанну Агузарову с хитом «Кошки не похожи на людей». А вот когда же Жанна Агузарова представит твою песню?
 
— Мы с Жанной знакомы с конца 80-х. Придя из Афгана, я вскоре превратился в активиста рок-движения. Это было время, полное арт-надежд. Из культурного андеграунда многое появлялось на свет. С Жанной у нас состоялась пара выступлений в различных московских и питерских арт-клубах. В нескольких арт-проектах мы с ней поучаствовали. В частности большой проект «Роза мира» в 2010 году с выпуском красивого каталога. Но Жанна — очень специфический человек: не видит вокруг никого, кроме себя-любимой! Безусловно, жутко талантливая, но, увы, иметь с ней дело долгое время попросту невозможно. Поскольку она очень быстро теряет интерес к какому-то предмету или человеку, едва только им воспылав. Будто налетел ветерок, слегка у дерева верхние листочки потрепал и стих. В этом — вся Жанна!..
 
— И тогда же с «Битлз» познакомился? С кем-то другими?
 
— С «Битлз»? (усмехается). Нет, Джона Леннона я застать никак не мог!.. (теперь смеюсь я)
 
— Я понимаю…
 
— С Ринго Старром я не встречался. Но если и не дружил, то приятельствовал с Джорджем Харрисоном, и до сих пор в творческих отношениях с Полом Маккартни! Он мне заказал перевести их знаменитую визитку «Yesterday» («Вчера») на максимальное количество языков, что у меня и получилось!
 
— И исполняют?
 
— Да! «Yesterday» я перевел даже на один из тюркских языков! Получилось: «Ёк-тэр-дын!» Это не совсем татарский, точнее — ногайский диалект.
 
А судьба то и дело сводила (и продолжает сводить) меня с потрясающими людьми. Меня-сегодняшнего не было бы, если б не целая «галерея» удивительных людей, с которыми меня сдруживала жизнь. Среди них, этих людей были Вольф Мессинг, к которому меня 11-летнего свозили за полтора года до его смерти. Уже 14-летним я однажды попал к профессиональной музе Владимира Маяковского (и не только!..) Лиле Осиповне Брик!
 
— Ух, ты!
 
— Случай свел меня и с Владимиром Высоцким за три года до его смерти...
 
— Ходит легенда, что Володя Высоцкий инкогнито был и в Касимове и даже лицо кому-то разбил недалеко от военкомата! Мне об этом рассказал касимовский поэт Сергей Козин, а ему — родственники. Высоцкий на Большом Каретном тогда жил или на Малой Грузинской?
 
— На Малой Грузинской он тогда жил.
 
— Я почему спросил. Вот в доме напротив «Марса» с 1915 по 1917 год жил Лев Разгон и писал мне об этом в письме. Их семья — беженцы из-за начавшейся Первой мировой войны. Напротив кинотеатра «Марс» в 1915 году родился и его младший брат Абрам. По эстетическим соображениям редакторы постоянно убирают из моих материалов сведения о родном брате Льва Абраме Разгоне (1917–1991), родившемся в Касимове и похороненном в Иерусалиме на старом еврейском кладбище — одном из авторов матерных «одесских» песен, ходивших на магнитоальбомах в СССР наряду с песнями Владимира Высоцкого.
 
— Да. А здание касимовского синематографа «Марс» — изысканный образец стиля модерн! А еще мне посчастливилось дружить с Фаиной Георгиевной Раневской в последние пять лет ее жизни, я нередко бывал у нее в гостях в Южинском переулке, что рядом с Пушкинской площадью в Москве.
 
— Ничего себе! Весь Интернет, все социальные сети пестрят ее высказываниями на грани фола, но с философским подтекстом!
 
— Перед этой женщиной я буду преклоняться до последнего момента моей жизни! Она многому меня научила. Чуть позже я познакомился с кинорежиссером Андреем Арсеньевичем Тарковским, также имеющим отношения к Рязани. Затем моим хорошим приятелем был Венедикт Ерофеев.
 
— Вилли ты даешь потрясающее интервью! Читатели будут довольны. Ты точно будешь приглашен в строящийся у нас в микрорайоне Сиверка центр искусств с кинотеатром! А когда же ты познакомился с великим японским художником Рёсуке Коэном, который работает в жанре «мэйл-арт» и не раз помещал твои и мои стихи и рисунки в своем зине (рукотворно изготовленные газета или журнал, рассылаемые ее участникам по электронной или бумажной почте. — О. Р.) «Brain Cell» — «Клетки Мозга»? Знаю от тебя, что он прославился тем, что сам себя, запаковав в бумагу, отправил по обычной почте, как бандероль, и за это был занесен в книгу рекордов Гиннеса.
 
— Мы с ним познакомились в японском городе Иокогаме на одной из конференций из цикла «Языки науки — языки искусства». Кстати, что до мэйл-арта, то добавлю следующее: в языке фарси (персидском) тоже есть слово «мэйл», но там оно означает «желание».
 
Сотография Вилли Мельникова. Серия ОкноСотография Вилли Мельникова. Серия ОкноСотография Вилли Мельникова. Серия Окно
 
— Спасибо, Вилли! Ведь здесь в Касимове до сих пор никто не верит, что я Коэна знаю! А со знаменитым Карлосом Кастанедой как тебя судьба свела? Как и со мной, по переписке?
 
— С Карлосом Кастанедой я познакомился очно в 1992 году, когда он так же инкогнито поучаствовал в конгрессе из той же серии — «Языки науки — языки искусства». И вот в 1992-м в Праге проходила одна из них. После окончания конференции, которая длилась 5 дней, мы с Карлосом зависли там еще на восемь дней и пошли блуждать по Праге в поисках аномальных зон. Это был человек с недюжинным чувством юмора. А на его вопрос ко мне: «Каково ваше мнение о моих книгах?» — я признался, что не фанат его писаний. Он рассмеялся и рассказал многое о своей литературной кухне. Об индейце майя доне Хуане Матус, например...
 
— Хорошо. А что я у тебя не спросил? Скелет в шкафу у тебя есть?
 
— Скелет? Ну я же не в анатомичке живу! Скелетам в моих шкафах места попросту нет: там много чего более полезного. Лучше договорю о самом зарождении галереи замечательных людей, которые продолжают многомерно расцвечивать мою жизнь. Незадолго до моего шестилетия друзья моих тогда еще здравствовавших бабушки и прабабушки привели в один дом у Никитских ворот в Москве. И дверь нам открыла пожилая, но все равно очень красивая женщина. Посмотрев на меня-маленького, она всплеснула руками и сказала: «Ой, какого вы сегодня Котика-Бегемотика ко мне привели!» Этой женщиной оказалась Елена Сергеевна Шиловская-Булгакова — то есть сама булгаковская «Маргарита»! Ей тогда оставалась ходить по земле около двух лет... Она в самом начале моей жизни поставила мне столь Мастеро-Воландовский диагноз — и моя биография с тех пор складывается воистину по-булгаковски... И крайне важной частью моего жизнетечения стала Рязань, куда я впервые приехал по приглашению моего соратника по рок-движению, известного рязанского журналиста и летописца русского рока Анатолия Обыдёнкина.
 
— Шиловские тоже имеют отношение к Рязани! А сколько всего раз ты был в твоей любимой Рязани? Знаю, у тебя были концерты с Константином Панкратовым. На одном из них я присутствовал и фотографировал тебя в белом халате и с ФЕД-ом.
 
— Первый раз я посетил Рязань в феврале 1992-го, пробыв всего сутки. Затем — в начале апреля 1996-го как участник фестиваля перформанса «Сова-96». В июле 1999-го прожил в раскаленной на солнце Рязани аж пять дней. Ну а мои регулярные наезды туда начались с декабря 2007-го. Есть в Москве музыкальный арт-поэзо-клуб «Подвал № 1», одним из его основателей коего в ноябре 1997-го был твой покорный слуга. И вот на очередное ежемесячное собрание клуба приехали Константин Панкратов, Дмитрий Макаров и звукорежиссер-музыкант Колючий. Они представили свой сетевой литературный журнал «Devotion» [«Дивоушен»], что по-английски означает «искренняя преданность, сильная привязанность к кому-то/чему-то». Наверное, не случайно в произношении этого слова русскоязычному уху слышится «диво»!.. На сайте этого альманаха размещены многие мои стихи и эссе. Этому я очень рад, поскольку процентов 80 моих публикаций — в ближнем и дальнем зарубежье. Поэтому каждая публикация моих сочинений в России — для меня особенное событие!
 
Год культуры
 
— Вот такой вопрос: что для тебя — Год культуры?
 
— Год культуры? Вообще-то, я не живу такими календарями. Дело в том, что для меня не то что каждый год, а каждая секунда моей жизни — это секунда культуры! А также — я подчеркиваю это всегда и настаиваю на этом — симбиоз контрастов, взаимо-прорастаний, — словом, всего того, что у меня рождается на стыке наук и искусств.
 
В КасимовеВ КасимовеВ Касимове
 
— И кто с тобой приехал в Касимов? Если можно, перечисли их.
 
— Конечно, можно. Со мною приехала подруга моей жизни Ольга Пуреховская. Она кандидат филологических наук, литературовед; медиевист, специалист по литературе славянского барокко, визуальной поэзии и авторитетнейший специалист по жизни и творчеству Симеона Полоцкого. Преподаватель английского и русского языков и литературы (дает частные уроки); переводчик, литературный критик, культуролог, фотохудожник. Уроженка Симферополя. А привезли меня в Касимов мои близкие рязанские друзья — супруги Дмитрий и Лариса Макаровы вместе с их маленьким сыном Димой. Во многом благодаря им я и стал регулярным гостем в Рязани. Во многом чувствую себя рязанцем, хотя сам — москвич в 11-м поколении (по материнской линии).
 
— А впечатления о Касимове? Давно знаешь наш город? Классно у нас? Понравилось?
 
— Да,я давно слышал о Касимове очень много, в том числе и от тебя! Иногда попадались открытки, альбомы с видами города. Я человек не религиозный, и каждый храм любой конфессии, любого вероисповедания для меня — автограф ушедших поколений, наших предков, их мировоззренческая визитка, письмо в грядущие времена, то есть нам, ныне живущим. Однажды я узнал, что именно в Касимове снимали в 1961-м фильм «Тучи над Борском». Эта кинокартина с детства была для меня обвинительным актом религиозному фанатизму, который я на дух не выношу. Увы, очень многие люди до сих пор слепо ставят знак равенства между понятиями «быть религиозным» и «быть верующим»!..
 
А мы с друзьями прошлись по историческому центру города, и, конечно, я восхищен сверхплотной храмо-ландшафтностью, архитектурным разностильем храмов. Я отснял все это и на пленку, и на сотовую «цифру» (фотошопом не пользуюсь). Некогда я долго не мог вчувствоваться в Петербург — там все убийственно ровно: ну какие холмы могут быть на болоте?.. А Касимов своим многогорьем невольно роднит себя в моем восприятии с моей родною Москвой. Кстати, попутно затрону один крайне важный вопрос. Меня всякий раз страшно злит, когда живущие в центровых городах надменно называют обитающих в так называемой глубинке «провинциалами», «аборигенами дыры», «пэгэтэшною деревенщиной»... Таким высоко-себя-уважающим «центровикам» невдомек, что, говоря так, они сами предстают «рожденными в Нижне-Средней Запупырловке»! Провинциализм — это ведь не география/прописка; это — состояние ума!..
 
— Москва стоит на семи холмах, а Касимов — на семи оврагах!..
— Да! Число «семь» — один из древнейших и сильнейших символов в метафизике. Все эти перепады высот, строений и каких-то внутренних психологических хроно-ориентиров создают своего рода незримое подобие электрического тока — как между плюсом и минусом в физике. Вот так же и здесь! Органично-живописные контрасты Касимова, увиденные мною как некое стихотворение в жанре смешанной техники и/или визуальной поэзии, напитали меня этим ментальным арт-горючим очень надолго вперед. И Касимову за это — низкий поклон и восхищение!
 
В Касимове. На улице Советской
 
— Спасибо за интересное интервью! Удач и новых приездов в Касимов!
 
— Хочется надеяться,что это не последний мой визит в Касимов!..
 
P. S. Напоследок я показал Вилли Мельникову, где в свой единственный приезд в Касимов в старом здании КПУ был А. И. Солженицын. И где в здании КТВТ отец великого Достоевского лечил раненых в 1812 году. В музее самоваров Вилли полюбовался на походный самовар адмирала Колчака, а в «Новой» мечети прочитал со стены в арабском оригинале и тут же перевел на русский суры из Корана.
 
Беседовал: Олег РОМАНОВ
 
                    Вилли Р. Мельников
 
                    ИМЕННОЙ АКРОСТИХ
 
                    В. О. Романовой
 
                    Виталина-витаминка, —
                    Исцеляешь нас от грусти!
                    Ты — к прозрениям тропинка,
                    Амазонских речек устье.
                    Любо-звательная Лада, —
                    Испепляешь черну кривду.
                    Над пустыней ты — прохлада;
                    Аргонавтам шлешь Колхиду…
 
                    Обаянием всесильна,
                    Легковерьям недоступна,
                    Единяешь неотступно
                    Грёзы далей многомильно.
                    Онемевшие планеты
                    Ворожбой разговоряешь;
                    Недожаренное лето
                    Айсберг-солью приправляешь.
 
                    Родом ты — из возрождéтства:
                    Отражаясь в солнце-луньи,
                    Между дней находишь средство
                    Астро-мудрия ведуньи,,,
                    Не боишься трезвомыслий,
                    Объясняющих все плоско;
                    Враг пугливого их лоска —
                    Арифметика бесчислий!..
 
                    (29 сентября 2014, Москва, Калитники – Люблино)
 
                    Вилли Р. Мельников
 
                    ИМЕННОЙ АКРОСТИХ
 
 
                    О. В. Романову
 
                    Олé, мэйл-арта матадор!
                    Летите прочь, чины почтамта:
                    Едва ль вчитаетесь в узор
                    Грозы пытливого атланта!..
 
                    Владеют стаями ветров
                    Ладьи, чьи мачты-колокольни
                    Алтарно вслушательны в зов
                    Даров, пуская в небо корни.
                    Исчислен ли исканий срок
                    Меж горизонтами средь-земий?..
                    И пожирает дней оброк
                    Рот поклонений поколений...
                    Оваций нация густа
                    Восторгом торга одночасий;
                    Измолчье склеило уста,
                    Чем исповедовал свят-Власий…
 
                    Разрыв-пространством лечишь боль
                    Обожествленных препинаний —
                    Мимо мерцаний мнимо-воль
                    Ассимилированных знаний.
                    Надежд на «где же?» бледный лёд
                    Оттает, если не соврёт…
                    Взрывай покой вулканий!..
 
                    (15 сентября 2014, Москва, Андроновка)
 



← ПредыдущаяСледующая →

23.01.2015
Языг мой

К списку


Комментарии

19.10.2014 14:12 | portos

Статья - блеск! Впечатление - будто я стоял рядом с вами. Благодарю за возможность больше узнать о замечательном человеке. Скажем так - любопытство удовлетворил на две трети. Вам обоим -душевное спасибо.

20.10.2014 16:57 | vvm

Мне понравился разговор москвича и рязанца...Молодец Олег!
Читал с удовольствием,потому что знаю обоих авторов,которые болеет за литературу!Каждый по-своему!

02.11.2014 13:06 | Николай Зиновин

Браво, это очень интересно!

03.01.2015 11:59 | М Птухин

Интересная, познавательная статья.А акростихи Мельникова вообще блеск!

04.01.2015 22:30 | Герман

Почти все понравилось, кроме &;Женечки&; Миронова. Фамильярно. Кто-то из монстров российской и советской еще журналистики писал, что интервьюер обязан такие вещи убирать из интервью, потому что читателю он точно не &;Женечка&;. Но это так А в целом - автор очень молодец.

12.01.2015 15:23 | Sviatoslav_Rim

Женечка, именно так его называла вся киногруппа Владимира Хотиненко!Именно так мне его представили при знакомстве в 1995 г.Редакция нашей газеты "Мещерская новь" - по заказу киношников отпечатала спецтираж с портретом "Мусульманина" на первой страницу. На нем он так и расписался Женечка Миронов! Храню! Реликвия! А у Германовой с Мироновым и других киноактеров остались подписанные мной самиздатовские мини-сборники мои арт-стихов. Хранят ли? Спасибо!

29.01.2015 18:59 | Надежда.

Олег Владимирович известен у нас на Рязанщине, как личность неординарная - журналист, историк, человек с неугомонным характером и кипучей энергией. Каждая его публикация - это новая творческая удача и вызывает живой интерес читательской аудитории. Материал о встречах с Вилли Мельниковым - не исключение. Олег, рада за тебя, и новых тебе встреч и успехов!

22.02.2015 21:36 | Кот

Честно говоря, по приведенным стихотворениям сложно судить о Мельникове, как о поэте. Стихоплетство - это еще не поэзия. А эти тексты - именно стихоплетство, оригинальность - не более. Конечно, для любителя неплохо, но для 'знаменитого московского поэта' - слабовато. Может у Вилли Мельникова есть настоящие стихи? Я не нашел.

29.03.2016 12:14 | Олег Романов

Кот, почитай 16-й номер &;Стосвета&; только что вышел в Штатах (Чикаго). Найдёшь там эссе Вилли Мельникова о поэтах и поэзии,,,


Дорогие авторы 16-ого,

Сборник вышел.
./----16//1530534399/=_1_3?=&=8&=1458349118&=1-3&=+

Оставить комментарий

Имя *:
E-mail:
Текст комментария *:
Тихо, тихо ползи,
Улитка, по склону Фудзи,
Вверх, до самых высот!
Кобаяси Исса
Поиск по сайту

Ристалище

Поэт Весны 2018

Камертон