Магистр

Curnik

Магистр

у меня есть лысина, и тянусь я в выси, на!




Яндекс.Метрика
Яндекс цитирования
На главнуюОбратная связьКарта сайта
Сегодня
20 января 2021 г.

Мерзавцы прежде всего дураки. Быть добрым куда веселее, занятнее и в конце концов практичнее

(Корней Чуковский)

Все произведения автора

Все произведения   Избранное - Серебро   Избранное - Золото   Хоккура

Сортировка по рубрикам: 


К списку произведений автора

Проза

День десантника

Солнце пробиралось на небо сквозь изгородь многоэтажек. Легкой и едва уловимой для слуха поступью входил в город робкий румяный рассвет. То был летний воскресный день. Вскоре стали просыпаться люди.
С огромным железным ведром ковыляла к колонке Баба Маша – еще не старая видная женщина, страдавшая от избыточного веса и вследствие него повышенного кровяного давления. Сплюнув горькую увесистую слюну, она повесила ведро на крючок и стала качать воду.
- Матерь Божья! – Воскликнула Баба Маша, заметив, что ведро ее наполняет вода с мутно-коричневым оттенком. – Все засрали, капиталисты проклятые, что бы вам… - Добавила она, выливая содержимое ведра на землю. Это было любимое выражение Бабы Маши, но что именно желала она «проклятым капиталистам», никому неизвестно, поскольку она ни разу так и не договорила его до конца.
На обратном пути Баба Маша остановилась и грозно помахала кулаком в сторону высотных домов, затем перехватила ведро другой рукой и, дойдя до калитки, с силой захлопнула ее.

* * *
Костик сидел на кухне и ел суп. Ему было пять, у него были белые кудрявые волосы, и он не выговаривал букву «р». Мать Костика – Светлана, - умиленно смотрела на сына. Он рос добрым и любознательным ребенком. Ложка, еще одна, третья. Суп был доеден, Костик улыбался, пил кисель и болтал беззаботно ногами.
- Наелся? – Спросила Светлана, убирая посуду со стола.
- Да, спасибо, мама!
- На здоровье!
Кисель получился густой, и Костик с интересом следил за тем, как ложка медленно проваливалась на дно стакана. Он не любил кисель, потому и не торопился расправиться с ним.
- Что же ты не пьешь? Давай, скорее. – Строго сказала Светлана.
Костик перестал болтать ногами, почесал в задумчивости переносицу, после чего ответил:
- Он липкий, можно я его Мурке отдам?
- Ну, спасибо, сынок. Для тебя варила, старалась, проснулась чуть свет, а ты Мурке все мои старания?
Мурка, сидящая в углу, негромко мяукнула, услышала, значит, что про нее говорят.
- Пьясти, мама. – Испуганно сказал малыш. – Я его сам выпью.
Костик вынул ложку из чашки, зажмурился и выпил кисель.
- Молодчинка, - сказала мама, - теперь я вижу, что ты ценишь мой труд. Понравилось?
- Поньявилось. – Соврал Костик, он не хотел расстраивать маму.
Выйдя из-за стола, Костик подбежал к дверному косяку, встал к нему плотно спиной и чиркнул гвоздем там, где была его голова, затем отошел. На косяке уже было несколько отметок. Две последних застыли на одном уровне. Это расстроило Костика, однако долго он не горевал. Встав к косяку снова, Костик приподнялся на носочках, теперь он стал намного выше и с радостью на лице, поставил новую отметину.
- Мама, а я скоя выясту? – Спросил он, вернувшись на кухню, и сел на прежнее место.
- Скоро. Будешь кисель нормально пить, а не воображать, как сегодня, и скоро вырастешь.
- Ну, это долго, - протянул Костик, - а я сегодня хочу.
- Всему свое время. – Ответила рассудительная мать.
Ее ответ сменила тишина, но долго молчать Костик не умел. Переведя взгляд с настенных часов на руки Светланы, месившие тесто, он снова начал приставать к матери:
- Мам, а сегодня какой день недели?
- Посмотри сам в календаре, только вчерашнюю страничку оборвать не забудь.
Костик выбежал в коридор, забрался на стул и вырвал из календаря страничку. Дата на следующей странице была обведена красным карандашом. Костик начал читать:
- Ав – гус т. Два. Вэ. Эс.
Костик посмотрел внимательно на календарь, прочел дату еще раз, повторил наизусть и пулей вернулся на кухню.
- Ну, что узнал какой сегодня день? – Улыбнувшись, спросила его мать.
- Ав – гус т. Два. Вэ. Эс. – Выпалил сын.
- Да, не август два, а второе августа. – Поправила Светлана.
- А Вэ. Эс. – это что такое?
- Вэ. Эс. – это сокращение от воскресения. Значит сегодня воскресенье.
- Мам, а почему в календаике, цифейка два в кьясном кьюжочке? – Спросил Костик, усевшись на стул.
- Так это папка твой обводил. День Десантника.
Костик с интересом взглянул на мать и задал очередной вопрос:
- А что это - детсадника?
- Десантника. Не что, а кто. У папки своего спроси, он же у нас десантура...
- Папка хьяпит еще. – Недовольно ответил Костик.
- Пьянь…. – Вырвалось у Светланы.
- Чего?
Но мать не ответила сыну. Он подождал немного и, схватив ее за руку, повторил вопрос:
- Кто такой детса.. десан тника?
- Не мешай, - отмахнулась от него Светлана, - Привяжешься теперь. Иди лучше
во дворе побегай или к Вовке сходи.
- Но так яно же еще…
- Костик, ну что ты, как маленький. Ты же мне мешаешь. Не хочешь гулять, посмотри телевизор, а я пока пельмешков наделаю.
Костик обиженно взглянул на мать и вышел из комнаты. Он заглянул в спальню, папка лежал на боку и громко храпел. Мальчик осторожно закрыл дверь, подошел к телевизору, постоял немного, но так и не решился его включить. Костик отправился на улицу.
Светлана раскатывала лепешки. На тесто капнула крупная тяжелая слеза. Вытерев уголком фартука глаза, молодая мама вздохнула, отложила скалку и села наполнять лепешки фаршем.
Она вышла за Николая восемь лет назад. Он только вернулся из армии (служил в воздушно-десантных войсках) и сразу сделал ей предложение. Светлана, не думая, согласилась, ей давно нравился Николай, теперь же он стал еще более красивым, сильным, уверенным в себе. Получив благословение родителей, они расписались через две недели, отыграли свадьбу и стали жить в отдельном доме. Все складывалось хорошо: Николай работал на заводе, Светлана в парикмахерской, ездили даже отдыхать на море в Ялту и два раза в Сочи, жили мирно складно, потом родился Костик. Николая ценили на работе, сулили ему повышение. Парень он был толковый, работящий, ответственный, выпивал крайне редко, словом, золото, а не человек. Светлана гордилась мужем и была вполне счастлива. Но затем производство встало, завод закрыли, и Николай потерял работу. Он пытался куда-нибудь устроиться, встал на биржу труда, но ничего не помогало, с работой была крайняя напряженка. Как и многие его бывшие сослуживцы он запил, потом стал ругаться с женой, один раз даже ударил ее, но не сильно. С тех пор жизнь в семье Ершовых разладилась. Светлана грозилась уйти от Николая, он раскаивался, давал обещания бросить пить, уходил искать работу, но вечером возвращался под хмельком и молча ложился спать. Откуда он брал денег на выпивку, Свете не было известно. С трудом Николай устроился работать ночным сторожем, дела немного наладились, но он по-прежнему нередко прикладывался к бутылке. Развода не было лишь по одной причине – Светлане не хотелось, чтобы Костик рос без отца. Каким бы ни был Николай, мальчик любил своего папку.
* * *
Костик увидел кузнечика и кинулся его ловить. Мальчик ловко прыгнул в густую траву и ладонями накрыл насекомое. Но и кузнечик оказался не промах. Стоило только Косте разжать ладони, чтобы взглянуть на свою добычу, как кузнечик взмыл в воздух и дал такого стрекоча, какому мог бы позавидовать любой спринтер. Мальчик поднялся, отряхнул колени и, решив, что невинному насекомому и так досталось дальше некуда, не стал бросаться в погоню, вместо этого он подогнул одну ногу, а на другой запрыгал прямо до дома дяди Вити.
Дядя Витя, прошедший Великую отечественную войну и получивший орден «за взятие Берлина», поседел еще пятнадцать лет назад, хотя не выглядел на свой возраст. Седина прибавляла ему солидности, но не старила его довольно моложавое лицо. Он редко улыбался и много курил. Костик остановился у калитки и стал смотреть на то, как дядя Витя, сидя на завалинке, курил папиросу, выпуская густые кольца дыма.
- Ну, что стоишь? Проходи – Сказал дядя Витя, приглашая Костика войти во двор. Мальчик вошел.
- Здорово, мужик!
Костик пожал протянутую ему крепкую руку и, улыбнувшись, ответил:
- Пьевет, дядя Витя!
- Курить будешь?
- Нет. – Мальчик отрицательно замотал головой.
- Правильно! Успеешь еще! – одобрил дядя Витя. - Ну, тогда рассказывай, что нового?
Костик помолчал немного, поболтал в воздухе ногами и, с интересом взглянув на собеседника, спросил:
- Дядя Витя, а кто такой деса… десантника??
- Десантник? О, брат, это те, кто в армии служил, они, знаешь, какие сильные, их все враги наши боятся. А чего ты спросил?
- Сегодня день десантника! – Гордо возвестил мальчик.
- Епть! Сегодня ж второе!?! Мать тащи сюда тельняшку! У меня сегодня праздник! – Возбужденно крикнул ветеран своей супруге.
- А ты что ли десантник? – Обрадовался Костик.
Дядя Витя встал и с гордостью произнес:
- Конечно! Дядя Витя два года в армии отслужил. С парашютом прыгал! Потом на войне немцев стрелял. Во, гляди!
Ветеран согнул руку, демонстрируя мальчику еще довольно крепкие объемистые мускулы. Костик открыл от восхищения рот и застыл на месте, словно играл в «замри».
- Дави! – Улыбнулся дядя Витя. Костик, встал на завалинку и аккуратно надавил на мышцу.
- Сильней дави! Сильней! – Командовал ветеран. Мальчик стал давить с удвоенной силой, затем с утроенной, потом двумя руками, а под конец и вовсе чуть не повис на могучей руке пожилого десантника.
- Понял? – Улыбнулся дядя Витя.
- Понял. – Выдохнул Костик и смахнул со лба крупные капли пота.
- В армию пойдешь – тоже такие будут.
Мальчик заулыбался, представляя себя большим сильным юношей в военной форме. Дядя Витя стряхнул с папиросы пепел и выпустил очередную порцию дыма.
- А когда? – Опомнившись, спросил Костик.
- Подрастешь немного и пойдешь! Тоже Десантником будешь! Хочешь быть
Десантником?
- Хочу. А скоя? – Воодушевился мальчик.
- Уже скоро!
Дядя Витя потрепал волосы будущему десантнику и с недовольством взглянул на дверь, которая была слегка приоткрыта.
- Мать, ну ты че, уснула что ли? Где тельняшка? – Крикнул ветеран и, не дождавшись ответа, вновь обратился к мальчику:
- На. Держи. Уснула, наверное, перед телевизором…
Дядя Витя протянул Костику окурок и, слегка прихрамывая, ушел в дом. Костик злобно посмотрел на окурок, плюнул на него и, бросив на землю, растоптал.

* * *
Когда открылась калитка, из которой Игорь Потапов (местный чудак-изобретатель) выкатил на улицу свой старенький синий велосипед марки «Школьник», Костик рисовал палочкой на земле. Изобретатель был одет в брюки и плохо отстиранную белую рубашку. Жена ушла от Потапова к учителю – не выдержала насмешек над чудаковатостью мужа. Игорь жил мечтой о создании вечного двигателя, считал себя гениальным ученым и неделями просиживал в сарае, проводя всевозможные опыты и эксперименты. Он и так был плохо приспособлен к жизни: не умел стирать, плохо готовил, не мыл полы, а после развода и вовсе превратился в неряху, но это мало волновало его, поскольку главный труд его жизни на днях был окончен. Позади остались сорок две неудачные попытки, бессонные ночи и насмешки соседей. По такому случаю Потапов даже шляпу надел. Он собирался поехать прямо в Москву, чтобы показать столичным ученым свой вечный двигатель. Он знал, что его изобретение произведет фурор и принесет ему всемирную славу и богатство. Правда, нужно отметить, что это было не первая попытка изобретателя отправиться в столицу.
Костик улыбнулся Потапову, но тот не заметил мальчика. Как и многие изобретатели, Потапов не отличался ловкостью: сперва он наступил в лужу, затем с багажника свалилась сумка с изобретением.
- Да что ж такое? – Искренне удивился Игорь и стал поднимать сумку. В этот момент с грохотом повалился на землю велосипед. Изобретатель кинулся поднимать велосипед, но чуть не упал вместе с ним.
Костик засмеялся.
- Костик! Иди сюда! Поможешь мне. – Крикнул Потапов, услышав мальчика.
Костик подбежал и помог изобретателю поднять велосипед и прикрепить к багажнику сумку.
- Спасибо тебе! – Поблагодарил Костика изобретатель.
- Пьевет, Дядя Игой! – Ответил мальчик и протянул ему руку.
Потапов аккуратно пожал руку Костика и стал проверять шины. Костик присел рядом.
- Как поживаешь, Константин? – Поинтересовался изобретатель.
- Отлично! Дядя Игой, а ты в аймии служил?
- Нет.
- А почему? – Искренне удивился мальчик.
- В институте учился потому что. Да и здоровье не подходящее.
- Значит ты не десантник. – Расстроено сказал Костик.
- Не десантник. – Повторил за мальчиком изобретатель и, вынув из сумки насос, стал подкачивать колесо.
- А Дядя Витя – десантник. Он немцев Стеял. Он мне сам сказал – Похвалился малыш.
- Здорово!
- И папка мой десантник. А ты куда собьялся?
- В Москву поеду, - сказал Потапов, убирая насос обратно, - Вечный двигатель свой показывать. Перпетуум мобиле называется. – Добавил он многозначительно.
- Опять? – Удивился Костик.
- Да. – Стал оправдываться изобретатель. - В прошлый раз дождь дорогу
размыл – я так и не смог добраться. А там уже, небось, ждут, когда я приеду.
- А меня с собой возьмешь?
- А мамка тебя отпустит?
- Не-а. – Покачал головой малыш.
- Ну, тогда и я не возьму. Маму слушаться надо. Подрастешь – сам уедешь! Тебе сколько лет-то?
Костик показал руку с вытянутыми пятью пальцами.
- Вон уже большой какой! – Похвалил изобретатель. – Ну, держи пять. Поехал я.
Потапов неловко оседлал «школьник» и закрутил педалями. Костик побежал вслед за ним. Жилой сектор оказался позади, впереди была широкая степь. Игорь прибавил ходу, и налетевший порыв ветра сорвал с головы изобретателя шляпу. Костик бросился ее ловить. Сам же изобретатель был настолько поглощен мыслями о своем триумфе, что и не заметил пропажу. Мальчик схватил шляпу обеими руками и хотел окрикнуть Потапова, но того уже и след простыл. Костик прижал шляпу к груди и что есть мочи крикнул:
- Пока!
Ветер разнес по степи его звонкий детский голос.

* * *
Сережка и Наташка в очередной раз не могли принять единое решение. Костик сидел на дереве, слушал их разговор и не стал спускаться вниз, поскольку боялся выдать себя. Сережка был невысокого роста, худощав и узок в плечах. С Наташкой они дружили с самого детства, были ровесниками и мечтали пожениться. Наташка носила длинную косу, любила все красное и стихи о природе. Они стояли обнявшись. Наташка плакала:
- Сереж, ну давай ты все-таки не пойдешь в армию? Поступим вместе в институт, уедем отсюда. Еще можно успеть подать документы.
- Наташ, мы же уже решили все. Настоящий мужчина должен служить.
Да и в институт мне потом будет легче устроиться. Или ты боишься, что не дождешься меня?
- Дурак что ли? Дождусь! – Со злостью ответила девушка, и снова в слезы. - Только что я тут делать без тебя буду?
- Наташ, не надо, не плачь, пожалуйста. У меня дед служил, и отец. И потом
Я все равно не смогу ни отмазаться, ни поступить – денег не хватит.
Костику стало неинтересно, и чтобы не скучать, он начал смотреть на большого полосатого кота, разлегшегося на траве пузом к солнцу.
- А если тебя там побьют или на Кавказ отправят? – Начала причитать Наташка.
Юноша насторожился на мгновение, но тут же с наигранной храбростью сказал:
- Ну, не фашисты же там, такие же люди. А если и ударят разок, то ничего страшного.
- По телевизору сколько раз уже показывали, какие зверства там творятся….
- Не волнуйся, я себя в обиду не дам.
Услышав ненавистное ему слово «фашисты», Костик не вытерпел и громко спросил:
- Фашисты, это немцы котоые?
Влюбленные задрали головы и увидели мальчугана с горящими от любопытства глазами. Наташка отвернулась, пытаясь спрятать слезы.
- Привет, Костик. – Сережка протянул мальчику руку.
- Фашисты, это немцы котоые? – Повторил вопрос Костик.
- Да. – Ответил юноша.
- Их дядя Витя стлеял! – Обрадовался малыш. – А ты тоже в аймию пойдешь?
- Да, осенью… - Сережка поймал на себе несчастный взгляд Наташки и отвел глаза.
- Десантником будешь? – Продолжил допрашивать Костик.
- Не знаю. Я в Морфлот хочу.
- А я десантником буду! – Гордо заявил мальчик. - Ну, ладно, пойду к Вовке. Пока. – Деловито добавил он, затем ловко слез с дерева и уверенно зашагал к дому Вовки, высоко поднимая колени.
Сережка улыбнулся, глядя на удаляющуюся фигуру мальчика. Но Наташка вцепилась в его руку и просительно произнесла:
- Сережка, родненький, не уезжай, пожалуйста….
Юноша крепко обнял девушку, поцеловал ее в щеку и тяжело вздохнул….

* * *
Костик и Вовка сидели на краю чердака и лопали конфеты. Вовка любил сладкое и всегда носил с собой леденцы или ириски. Он протянул Костику карамельку и радостно засмеялся. Костик засмеялся вслед за ним.
- Вовка, а давай десантниками будем. – Предложил малыш, разворачивая конфету.
- А кто это?
- Папка мой и дядя Витя. – Разъяснил Костик.
- Я не хочу, как твой папка, он пьет много. Мамка говолит, что он алкаш. – Ответил Вовка. Костик надул от обиды губы и вернул полуразвернутую карамельку хозяину. Вовка пожал плечами и принял конфету.
- Он не алкаш. У него пьёсто жизнь тяжелая. Его с яботы уволили, и с мамкой часто югается.
- Все лавно, десантниками неинтелесно. – Равнодушно сказал Вовка.
- Интеесно, - убеждал друга Костик, - будем с паяшютом пьигать, как дядя Витя.
- С палашютом? Но мы же хотели машинистами стать. – Возразил Вовка.
- А мы сначала десантниками, а потом - машинистами.
- Ну, ладно, - согласился Вовка, - если только ненадолго.
Мальчики снова засмеялись и пожали друг другу руки. Вовка снова протянул Костику карамельку, тот быстро развернул ее и засунул в рот. Неожиданно Вовка привстал и, указывая рукой вперед, произнес:
- Гляди!
Костик увидел милицейскую машину, едущую на огромной скорости по их проселочной дороге. Мальчики заворожено глядели на то, как промчался мимо них милицейский уазик и не могли произнести ни слова. Первым опомнился Костик:
- Побежали за ней!
- Побежали! – Радостно ответил Вовка.
Мальчики быстро спустились по лестнице и выбежали на улицу.

* * *
Уазик остановился возле дома дяди Вити. У ворот стояла обеспокоенная тетя Катя – жена ветерана. Она была на семь лет моложе дяди Вити и не любила его, хотя прожила с ним в браке более тридцати лет. Не раз дядя Витя напивался и, взяв в руки тяжелый топор, гонялся за испуганной супругой, грозясь порубить и отправить ее к Лешему. Тетя Катя убегала к соседям и оставалась у них до утра, пока муж не проспится и не протрезвеет.
- Наконец-то дождалась! – Обратилась пострадавшая женщина к милиционерам. – Я его окаянного заперла. В сарае он. Убью, говорит, если не нальешь, у меня праздник.
Стражи порядка молча выслушали тетю Катю и, вытащив оружие, вошли во двор.
Спустя мгновение, сбиваясь со всех ног, к машине подбежали Костик и Вовка. Заметив тетю Катю, они застыли на месте.
- Тетя Катя, чего случилось? – Взволнованно спросил Костик.
- Ничего, ребятишки, идите лучше домой. – Отмахнулась от него жена ветерана.
Из сарая донесся громкий голос дяди Вити:
- Врагу не сдается наш гордый Варяг! Пощады никто не желает!
Вовка испугался и убежал. Через минуту, милиционеры вели дядю Витю по двору в наручниках. На нем была старая потертая тельняшка, ветеран взглянул на жену и гневно закричал:
- Всю жизнь ты мне испоганила!
Тетя Катя заплакала и отвернулась.
- Заткнись, дед! – Рявкнул один из стражей порядка и саданул ветерану в живот.
Дядя Витя скорчился и прохрипел:
- Да мы таких, как ты, в сорок пятом…
- Здесь тебе не сорок пятый… - огрызнулся милиционер.
Костик бросился на него, стал колотить кулаками, схватил за ногу и закричал:
- Отпустите Дядю Витю, он хоёший, он десантник!
Милиционер растерянно остановился и скомандовал тете Кате:
- Мамаша, уберите ребенка, мешает же.
Тетя Катя послушно схватила мальчика и стала держать.
- Пусть, Костик, пусть. Пусть все видят, до чего она меня довела. – Разгоряченно прохрипел дядя Витя.
Милиционеры затолкали его в машину и с шумом сорвались с места.
- Куда они его? – Заплакал Костик.
- Ничего. Ничего, - вздохнула тетя Катя, - пусть посидит, ему на пользу пойдет.
Костик вырвался из рук тети Кати и выбежал за калитку, но там уже никого не было.

* * *
Костик сидел на крыльце, облокотившись обеими руками на коленки, и смотрел перед собой. Ему было грустно.
Из дома вышел папка Костика и сердито посмотрел на сына.
- Ну, сколько можно ждать тебя? Мать уже голос себе надорвала! – Грозно сказал он.
Но мальчик ничего не ответил отцу, он сидел, как завороженный, и молчал. Папка подождал немного, затем сел рядом с Костиком и все, что он увидел – был небольшой цветок, пробивающийся сквозь пустынный участок земли.
- И что здесь интересного? – Удивленно спросил отец.
- Я смотйю, как он ястёт. Еще вчея он был такой маленький, а сегодня уже вон какой! – Ответил Костик.
- Ну, ты давай недолго. А то обедать пора, и мамка волнуется. – Неожиданно смягчившись, сказал отец Костика и поднялся, чтобы вернуться домой.
- Хояшо, я сейчас.
Папка ушел домой, а Костик подбежал к старой автомобильной покрышке, лежащей посреди двора, и, зачерпнув из нее дождевой воды, полил цветок.
- Ясти, цветок! – Сказал малыш, погладив его тонкий стебель, и убежал обедать.
Ветер нежно щекотал все живое.
03. 07. 2009 г.


Опубликовано:07.07.2009 22:08
Создано:03.07.2009
Просмотров:3177
Рейтинг:0
Комментариев:0
Добавили в Избранное:0

Ваши комментарии

Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться

Тихо, тихо ползи,
Улитка, по склону Фудзи,
Вверх, до самых высот!
Кобаяси Исса
Поиск по сайту
Приветы