Нет такой глупости, которой бы не рукоплескали, и такого глупца, что не прослыл бы великим человеком, или великого человека, которого не обзывали бы кретином
пишу от имени В., ибо он не умеет писать стихов.
но он всё равно хороший
хоть и дурак
Ты удаляешь её номер, и это понятно,
Зачем сохранять, если сердце помято,
Если внутри ядовито-чернильные пятна,
Если просто не продохнуть.
***
А этот сентябрь заставил поволноваться,
Срываться с катушек и с газа срываться,
Когда по кольцевой гонял под двести двадцать…
Чтобы её трепетала грудь.
Чтоб отражать улыбки в глазах прохожих,
Чтобы касаться её тонкой прозрачной кожи,
Чтоб раздевать её с порога, ещё в прихожей
Потому что не дотерпеть.
Она смеясь, целовала твою шею и скулы,
Она прощала все твои пьянки, загулы,
Но однажды ушла, тяжело и сутуло,
Потому что постарела на треть.
Ты бы мог удержать, ухватить край подола,
Она может осталась бы числа до второго,
Но в очередную телетрансляцию футбола
Закрыла бы за собой дверь.
Она не пропадёт, будет жить где-то рядом,
С новых фото улыбаться кокетливым взглядом,
Изредка – в трубке звенеть чужим звукорядом.
А ты так любил её болтовню.
И вот однажды, перебрав в баре текилы,
Ты решишь, что был полнейшим дебилом,
И отправишь смс-ку, собрав последние силы
«Ya_vse_ewe_tebya_lublu»
Утром, проснувшись, увидишь знакомый номер,
Пятнадцать пропущенных – будто бы кто-то помер.
Ты себя ругаешь. Правило, набитое до оскомин:
Уходя уходить.
