1
Обрывок прошлого. Галактики кусок
подснеженный, как боковой проулок.
Ночного времени узорный туесок
бездонно-непригодный для прогулок.
Разряд пространств и времени сходимость
теряются в астральном тупичке,
где мельтешит снегов к подъезду синус
и слишком тесен смысл...
да и зачем
он страннику из вечности, ленясь,
прошедшему сквозь бездны не меняясь?
Прохожему не очевидна связь
уютности с провалом в ночь, и завязь
каких-то местных сил, наискосок
растущих невидимо и уютно,
для путника с рассудком неподсудным
законам крохотной провинции, разок
куснувшего бессмертия, - приблудна.
2
Ну что ему, бессмертному, клочок
Галактики, слоёный сундучок,
в котором - тьма и сыпет слабым снегом,
пронумерованый условно этим веком,
но дверца в бездну - вот, и на крючок.
Не очевидна дальнему среда
кухонных штор и чайников. Не ведом
теснейший угол с книжками и следом
влекущейся обидою, когда,
уйдя в скиты, в котельные, во тьму,
в гордыню бесприютства и печали,
лишь по снегам вселенные встречали
и провожали, не найдя уму
приюта тесного и выхода сквозного
по скученным дворам в иную ночь;
когда обиду внутрь не утолочь,
ты ей: «Пошла!..» - она под лампой снова;
ты - вон её, она - из-под руки;
ты - к вечному, она - к щеке прижалась...
Рука летит... Как славно расписалась!..
Ночная прыть, две слипшихся строки,
помарки, черти, пятна, огоньки
Вселенной...
Безусловно обеспечен
бессоницей летящий в сих мирах.
Квадратный пригород. Ночная лёгкость речи.
Случайный снег налётом во дворах.
