Гуру

petrovich

Гуру

Курю - следовательно думаю. Думаю - следовательно существую.

Карапетян



Яндекс.Метрика
Яндекс цитирования
На главнуюОбратная связьКарта сайта
Сегодня
16 января 2021 г.

Слава — товар невыгодный. Стоит дорого, сохраняется плохо

(Оноре де Бальзак)

Все произведения автора

Все произведения   Избранное - Серебро   Избранное - Золото   Хоккура

Сортировка по рубрикам: 


К списку произведений автора

Публицистика

из цикла "Провинциальные фантазии"

Трагедия Михаила Жванецкого

Чего бы мне не говорили, но мерседес хорошая машина!
Михаил Жванецкий

По «Одесскому пароходу».
Не успел-таки народ отплеваться, так, как хотел. Чувствовалось, что хотел народ душевно так отплеваться, но времени совершенно не дали, окаянные. Град-На-Холме замочил иранского генерала совершенно не вовремя, замерли мы тут все – не до ПАРОХОДОВ стало, убийство эрц-герцога поскакало по сетям и весям. Ну, ахнут сейчас, ну, вломят Гегемону вот прямо сейчас по-нашему, по-персидски! А Гегемон ахнет из всех стволов, как и положено оплоту мира и спокойствия! И понесётся!..

Но… Обошлось, вроде…
Тьфу, тьфу, тьфу!
С укробоингом теперь будут помалу фантазировать, да мирно гундеть о зверской личине шиитского фундаментализма и происках Путина.
Оно и к лучшему.

Посему можно поговорить спокойно о Михал-Михалыче.

У меня был случай высказать отношение к его творчеству – гений. Просто, вот так вот, незамысловато – гений слова, поэт, не виданный ни в каких землях. Да и у нас, духовно передовых, впервой. Кто тут употребляет слово «сатирик»? А? Глухие вы, граждане, на оба ваших уха, коли это слово произносите даже шёпотом. Глухие бесперспективно.
Употребите уж тогда слово ШУТ, но только с очень большой буквы – Шут. Тот, который заставляет хохотать, держась за бока, и мимолётно одну за одной выговаривает в лица не очень-то приятные истины о них самих, хохочущих. И даже там, где он, условно говоря, САТИРИК, он – поэт, заставляющий порою за музыкой и смехом как-то интересно даже взглядывать, да и видеть, не уворачиваясь, показываемое!

Смешно же! Очень смешно. Безумно смешно.
До рыданий, до колик, до сползания под стул! Но отсмеявшись, слёзы кое-как утерев, вернитесь к произнесённому только что – это же стихи в прозе, музыка из самых невероятных смыслов и слов. Стремительная, завораживающая музыка.

«Шоколад в постель могу себе подать. Но придется встать, одеться, приготовить. А потом раздеться, лечь и выпить. Не каждый на это пойдёт»

«…не переставая быть евреем…»

«…как же ты аристократизм покажешь, если штаны и пиджак надо непрерывно поддерживать?! Или руку королеве целовать, или панталоны держать. И руку пока еще надо у нее искать: она тоже пожать норовит»

«Где экскурсия? Это ж уголовное дело – триста человек политехнического вуза. Мы должны их вернуть. Хоть часть»

«Нью-Йорк напоминает Ялту, чем-то. Я завтра досмотрю, чем. Часа в два ночи появляется Сидней и раздражает меня, он раздражает»

«– Миша, здесь будет что-нибудь? Или мы разнесём эту халабуду вдребезги-пополам. Я инвалид, вы же знаете.
– Жора, не изводите себя. У людей большое горе – они хотят поторговаться»

«…тут, если сосредоточиться на ком-то, его можно все-таки устранить вместе даже с окружающими или, по крайней мере, обратить внимание общественности. Что, мол, там за стрельба, дым и дикие крики? А там как раз обращают внимание общественности»

«а я вообще на вас… на вашу баржу… на ваш канал… на всю эту вашу степь… с вашими этими… окрестностями… ты ж смотри, какая-то плывет… вещь!..»

«Понятие честности толкуется значительно шире: От некоторого надувательства и умолчания, до полного освещения крупного вопроса, но только с одной стороны»

Только, чтобы была музыка, изображать это должен один-единственный человек – Михал-Михалыч. В крайнем случае – Карцев-Ильченко. В самом крайнем – Аркадий Исаакович. Потому что буквами написана только двадцать пятая часть того, чего там вложено, остальное – его круглая физиономия, его уникальная интонация, его стремительная речь, его руки и его хитрый взгляд, хитрый и неостановимо доброжелательный.
И вот тогда – смешно. До колик, до рыданий.

«Шеф. Значит, если я его правильно понял, вчера он видел больших омаров, поэтому они были по пять. Сегодня он видел маленьких омаров, поэтому они были по три.
Переводчик. Да.
Шеф. И они там смеются?
Переводчик. Он говорит – умирают.
Шеф. Так. Клинтон точно проиграет эти выборы. Я не вижу толку в помощи этой стране! Смеяться над тем, что большие омары по пять, а маленькие по три!..»

А мы помирали. Читал Карцев.

Интересно, а в «Одесский пароход» и РАКОВ (простите!) вставили? В исполнении какого-ни-то артиста больших и малых академических театров?

Поэтому, когда я увидел начало не самой удачной вещи Жванецкого, увидел бегающего по декорациям и верещащего Маковецкого, что-то бубнящего в окошко Добронравова, Супруна с Мадяновым, нехотя тараторящих отдалённо по-одесски, я просто выключил эту самую, как бы половчее сказать, ФИЛЬМУ. По этому жуткому началу, мне показалось возможным судить в целом обо всём этом произведении киноискусства – лабуда. А по другому сказать – трагедия просто!
И пусть меня простят упомянутые, ежели я ошибся!

Был ещё один гений наш, не поддающийся переводу на другие лица – Высоцкий. Когда разнообразные джигурды на очередных юбилеях изображают песни Владимира Семёновича, я тоже стараюсь поскорее выключить. Не поддается Высоцкий переводу на другие голоса.

Как и Жванецкий.
Сколько бы ни копировали его скороговорку ярмольники наши записные – музыки нет. Треск и шум. Хотя и энергично тараторят – а музыки нет.
Ну, уж извините! Так вот как-то у меня.

Зачем же тогда он согласился на эту лабуду… виноват!.. трагедию в исполнении самых разных, порою очень известных актёров? Вот, ведь, оно всё – всё в компьютере, всё выложено, всё под рукой. Включаешь настоящего Михал-Михалыча, да с Карцевым и Ильченко порою, и наслаждаешься подлинником.
Неужто не помнил он вторую «Карнавальную ночь», это финальное позорище Эльдара Рязанова? Там тоже Маковецкий играл…
Что ли деньги нужны вот как раз?

А потом, скорее всего, упустил из рассуждения Михал-Михалыч, а с ним и все остальные почтенные режиссёры-артисты, другую наиважнейшую вещь. Чтобы музыка состоялась, нужен помимо исполнителя ещё СЛУШАТЕЛЬ. В пустом зале только репетиции закатывают, но никак не концерты. А ПРЕЖНИЙ Жванецкий был исполнен через НОНЕШНЮЮ фильму в ПОЛУПУСТОМ зале. А то – и в пустом вовсе.
НОНЕШНИЙ зритель молодого, да и среднего, возраста, прослушав «…Водители Ларионов и Кутько, используя один двигатель на две бортовые автомашины, взялись обслужить максимальное количество потребителей с одного штуцера прямо в гараже, чтоб напрасно не возить по магазинам...», мало что поймут, полагаю, а то и впрямь, глядишь, подумают, что в легендарное то время все мы жили и работали круглыми сутками пьяные в хлам. Интеллигенция-то наша всё норовит (правда менее музыкально, но более упорно) о том же прозвучать.
Но такое понимание, если и заставит кого засмеяться, то очень уж не прихотливых слушателей. Слушателей НОНЕШНИХ, воспитанных на закадровом хохоте КАМЕДИ-КЛАБОВ.

Я к тому, что российский слом времён в лихие девяностые произошёл кардинальнейший, связь этих самых времён с нынешними оборвалась категорически. Только мы старые (а тогда, во времена ТОГО Жванецкого – молодые) понимали заложенный там смысл так, как он и был заложен. А кто объяснил это НОНЕШНИМ?
«Что там за стрельба, дым и дикие крики? А там как раз обращают внимание общественности».
Но интеллигенция как раз норовит внедрить в уши другие дикие крики и стрельбу. «Рашка-говняшка» (копирайт Алексиевич), ужасы ГУЛАГА и вся жизнь в очередях. Так как-то.

И тогда были люди, напрочь лишённые слуха и смеха. Бухтевшие угрюмо: «Неправда! Он что – хочет сказать, что все мы тут алкаши?» А мы и не спорили. Махали рукой безнадёжно и убегали к Жванецкому – под стул сползать.
И сейчас не спорим. Устали. ТАМ и впрямь бывало всякое. Но люди ТАМ жили веселее. На мой, конечно, стариковский, взгляд. Хотя и продираться сквозь несуразности и дрянь приходилось иной раз отчаянно. «Броня крепка…» – это мы очень понимали.

Вот.

А в новое время Михал-Михалыч, скажем так, побоялся всунуться.
Сдрейфил Михал-Михалыч.
Купился.
Побоялся в девяностые и далее быть Жванецким, а не дежурным по стране. Не соединил собою времена. Оно, может быть, и НОНЕШНИМ понятнее всё стало бы по переходам времён, начали бы понимать, соединяя, а он – сдрейфил.

Нет, он и потом говорил. И хорошо говорил.
«…Не надо бессмертия. Пусть умру, если без этого не обойтись. Но нельзя же так быстро» – это просто прекрасное стихотворение в прозе.
«…Ты знаешь, что такое волны. Это когда ты лежишь, а я провожу рукой по тебе. Ты знаешь, что такое глупость – это все, что я говорю. Ты не чувствуешь, что в кончиках пальцев моих я весь. Я не помню твоего лица. Я не помню твоей одежды. Я все это чувствую» – это просто музыка, которую слушают с закрытыми глазами.

Но это – четвертинка Жванецкого, восьмушка от него.

Но Михал-Михалыч перестал быть Шутом. С очень большой буквы. Перестал смотреть туда, где люди, а не возможности.

Первый раз я вздрогнул, когда он сказал: «Образование у меня никакое, то есть – высшее техническое». Шутка у него такая прозвучала однажды. Я, грешный, имел и имею пока высшее техническое. И знавал по научной литературе множество великих инженеров моей страны.
Я тогда перетерпел.
С кем не бывает…
Ради красного словца…
…ни мать, ни отца…

Хотя, как сейчас понимаю, это было первое приседание и два-раза-КУ перед нашей родимой интеллигенцией, будущей проводницей НОВОЙ ИДЕОЛОГИИ, ненавидевшей инженеров всегда и беззаветно. Больше инженеров они ненавидели только православных священников, даже когда ругали КПСС за безбожие. Интеллигенция наша всегда была за РЕВОЛЮЦИЮ. Инженеры вместе со священниками всегда были против РАЗРУШЕНИЯ ДО ОСНОВАНИЯ, А ЗАТЕМ…

Второй раз дёрнуло меня уже во времена Смуты.
«Вам дали свободу! Ну, инженеры, где ваши заделы и проекты?» – брякнул тогда Михал-Михалыч.
Он сказанул это, когда инженеров уничтожали, как класс. Голодом уничтожали. Выбрасыванием в ЧЕЛНОКИ и торговцы. Когда формула «Сырьё будет инвестировать реформы» быстро и без тени смущения была заменена на формулу «Сначала дикое перераспределение, а потом капиталы заработают». Он сказал это, когда Скорая в Ленинграде начала ездить по вызовам на ГОЛОДНЫЕ ОБМОРОКИ. Когда приснопамятный Собчак изрёк: «Городу не нужны эти сталинские монстры». Отец Ксюшки имел в виду заводы.
Всё видящий Михал-Михалыч, как я понимаю, тогда уже спрятался за забор, чтобы не видеть ВСЕГО.
Как и многие-многие из пишущих-говорящих, побоявшихся соединить времена.

«У них сегодня внутри музыка, из-за забора слышны речи, видны флаги – там их день. И мы, конечно, из последних сил можем окружить себя забором и праздновать свой день: приятного аппетита. Но давайте объединим наши праздники, и вы не будете выглядеть так одиноко, пробираясь с работы домой и прижимая к груди сумочку…» – с чем, Михал-Михалыч?
Что ли с визами, баксами, домами и джипами, видимо. Со всяким барахлом, говоря по-крупному.
Семью надо кормить…
Его можно было понять, конечно. Чисто по человечески.

Много заделов оставили советские инженеры. До сих пор на них держимся в оборонке и космосе. До сих пор никто в мире не может повторить некоторых ШТУК советских. Даже мы, НОНЕШНИЕ не можем. Нас, ведь, почти не осталось. Почти извели.
Вы думаете Град-На-Холме пожалел бы денег на титановую подводную лодку? На подводную лодку, при том же движке идущей в полтора раза быстрее? Идущую под водой быстрее надводных крейсеров. Да всё бы отдал! И вывез, как я слышал, полную технологию через деловых ПАЦАНОВ российских. Ан – фигушки! Проект «Золотая рыбка» не поддался. По разгильдяйству советскому, видимо, главное в головах оставалось, а не на бумажках. А советская лодка, сделанная на Ижоре и в Северодвинске, скорее всего, теми же пацанами давно уже распилена на металл.
Кто-нибудь отказался бы иметь самолёт, летящий в двух метрах над водой в зоне, недоступной для любой локации? Кто-нибудь отказался бы от знаменитых советских ЭКРАНОПЛАНОВ? И вывезены все технологии, и украдены все чертежи – а сделать никому не удалось.
Много можно чего тут рассказать. И наше КБ кое-что сумело сделать, что до сих пор, вот уже пятьдесят лет, с самыми дикими перегрузками работает.
И та ткань, по которой немцы предлагали двигать футбольное поле «Зенит-Арены», с ленинградского института свистнута. В семидесятых годах в Союзе на той ткани нефтяные платформы в море спускали толчком ладони.
Много чего…
Чего из-за забора не увидать было…

Когда я со своими несчастными ваучерами бродил по пунктам продажи акций и не мог там найти ни Газпрома, ни Норникеля, ничего, что было работающим (сельхозтехники выкладывались, мостоотряды, совхозы и всякое такое), когда я узнавал, что упомянутые ГАЗПРОМЫ распределялись по ЗАКРЫТЫМ РАСПРЕДЕЛИТЕЛЯМ (потом, когда ваучеры эти в массе своей уже были ОБМЕНЕНЫ НА ПРОДУКТЫ ПИТАНИЯ, газпромы появились, конечно, в пределах видимости), когда умирали Ижорский завод вместе с Уралмашем и несколькими приволжскими заводами под невесть как заполучившим их Кахой Бендукидзе, когда гайдаровские налоги превышали прибыль и гибли пачками частные предприниматели и фермеры, народившиеся из горбачёвских кооперативчиков, я всё ждал – вот выйдет сейчас Михал-Михалыч, вот скажет, как раньше, убийственно и весело, весело и убийственно, рванёт ПРАВДУ В ГЛАЗА…

А Михал-Михалыч вышел на свет ДЕЖУРНЫМ ПО СТРАНЕ. И стал рассказывать нам, какие мы дурные, да неумелые… Как всегда остроумно, местами поэтично, местами голым враньём.

«На вашу долю достался тяжелый, неповоротливый паровой рыдван. Все вокруг бороздят на дизелях и турбинах, а эта глыба со свистком долго стоит на месте, хотя все на мостике кричат:
– Полный вперед! Я сказал – полный вперед!! Я кому сказал?!
Снизу:
– Вот кому ты сказал – пусть и едет! Он уволился давно. Он, сука, уехал. Он семечками на Брайтоне давно торгует, а команды ему поступают.
– Я сказал – полный вперед!
– Это на такой зарплате – полный вперед? Ищи другого идиота!
Уголь с парохода разворовали. Руль ушел на металлолом. Винты на бронзу...»

Он начал это рассказывать нам, как-то ещё державшим на плаву эту страну. С нас в это время сдирали шкуру во имя накопления первичного капитала.

«Вот вам достался пароход с такой командой, пугливым бизнесом и бесстрашной прокуратурой, которая, с одной стороны, находит все что хочет, а с другой – ничего не может найти».
Прокуратуру в это время любимец Михал-Михалыча, Гарант и Надёжа Б.Н.Ельцин, уничтожал системно и уверенно. Прокуратура с проста ума попыталась остановить немудрящую деятельность ельцинских дочек-зятьёв.

«Понятие честности толкуется значительно шире: От некоторого надувательства и умолчания, до полного освещения крупного вопроса, но только - с одной стороны»

Прошло уже всё. И забыто поскорее теми, кто имеет такую возможность – забыть.

Вот тогда Михал-Михалыч и переименовался внутри меня из Михал-Михалыча в М.Жванецкого. В улучшенного Петросяна, в великолепного, поэтичного, остроумного Петросяна.
Талант не пропьёшь.

А потом М.Жванецкий сказал: «Моя мечта – разровнять место, где была Россия, и построить что-то новое. Вот просто разровнять…»

Опять, разумеется, дёрнуло меня. Да ещё как!
«Бог ты мой! – подумалось. – Так примерно говорят на Ближнем Востоке НЕКОТОРЫЕ упёртые господа по адресу НЕКОТОРОЙ маленькой ближневосточно-средиземноморской страны! Он что, М.Жванецкий – совсем уже того?»

А потом М.Жванецкий замелькал в толпе интеллигентов-подписантов. Подписантов под разнообразными глупостями вроде защиты прав женщин с пониженной социальной ответственностью на право танцевать и орать в православном храме.

А потом, когда нацики сожгли в Одессе людей, М.Жванецкий бормотнул нечто невразумительное и плотно затихарился по этому вопросу.
В Одессе!!!

«А уж кто не может догнать, с дикой злобой осматривает стадионы и магазины, радуясь каким-то невкусным ресторанам: «А борща-то не умеют!» «А духовности нет!» Придумали себе духовность, чтоб оправдать отсутствие штанов. Борются с засильем Голливуда и Проктера с Гэмблом.
Да хранит Бог Америку!
Пока она есть, двоечники всего мира могут у нее списывать и подглядывать, как всегда ненавидя отличника»

Там, в Одессе, уничтожили людей, которые хотели совсем по-европейски, через убеждение и доказательства, через европейские нормы порядочности и политической терпимости, начать движение Украины В АМЕРИКУ. В страну, где обеспечивались права всем, и даже (вы будете смеяться!) русскоязычным.
Но, согласно «Гардиан», «ДойчеВелле», «Евроньюсу» и Диме Быкову люди там сами себя сожгли, сами себя забили арматуринами и задушили проводами. И вообще были за плохого Путина против хороших правосеков.
М.Жванецкий затихарился, потому что ума, ведь, тоже не пропьёшь, и всё ж понятно про «сами себя» и «хороших правосеков», но визы-баксы-штаны-джипы требуют жертв, как и настоящее искусство.
И это мы тоже понимаем.

Сохранил Господь другого НАШЕГО – Высоцкого. Не дал ему пройти через Смуту и возможность хорошо откушать царских объедков. Остался у нас ГЕНИЙ теперь уже на века. Не запачканный. Не превратившийся в большого, что-то там поющего Невзорова.
Потому что визы-баксы-штаны-джипы требуют жертв гораздо больших, чем настоящее искусство. Требуют засунуть куда-нибудь подалее собственную душу.

И это понимает М.Жванецкий.
Повторим: УМА И ТАЛАНТА НЕ ПРОПЬЁШЬ.
Он всё это понимает, я полагаю, до сей поры сочиняет прекрасные стихи в прозе, выступает перед НАРОДОМ, чтоб он так жил, аккуратно обходя все опасные слова и предметы, и где-то там, глубоко внутри, куда засунул он душу, молча смотрит иногда на себя прежнего, молодого, нищего, хитрого и бесстрашного.
Свободного. Красивого.

Я так думаю.

Всё он понимает.

А это, граждане – страшная трагедия!
А не ФИЛЬМА, забытая уже, слава Богу!


Опубликовано:15.01.2020 18:46
Создано:01.2020
Просмотров:919
Рейтинг..:115     Посмотреть
Комментариев:6
Добавили в Избранное:0

Ваши комментарии

 15.01.2020 21:46   Mikow  
Сильно ,хоть и категорично .«Ты бы вышел на площадь , в тот назначенный час ?» М.Жванецкому 85 .Не каждому дано быть совестью эпохи .Галич ,Сахаров ,много ли их ?
 16.01.2020 18:14   petrovich  Михал-Михалыч обладал очень большим Даром - говорить правду так, что не возможно было не выслушать. Галича и Сахарова (на мой, конечно, взгляд) НАЗНАЧИЛИ совестями эпохи. СОВЕСТЯМИ эпохи для меня были Высоцкий и Жванецкий. Это, во-первых, - художники крупного калибра. Я так думаю.
А на площадь выходить не надо было - вышли и получили, что имеем. Думать надо было. Учиться думать. И учиться не боятся думать. Жванецкий учил думать.
Это, разумеется, - моя точка зрения.

 16.01.2020 02:46   marko  
А по-моему, все выглядит вполне себе логично и закономерно. Если представлять М. Жванецкого как защитника передовых европейских демократических ценностей, то он просто не мог не стать подписантом под этими самыми ценностями. Как и не мог вякнуть нечто набатно-вразумительное по поводу Одессы, ибо кровавый шабаш там устроили, по сути, те, кто поднял, так сказать, знамя свободы и независимости от мордорствующей ватной России и сауронствующего Путина. М. Жванецкий сам себя загнал в рамки, выходить из которых на закате жизни было бы для него ренегатством... Я (вот честно!) никогда не понимал восхищения М. Жванецким, свойственного тем, кто пытается позиционировать себя как интеллигенцию, для меня он талантливый мастер-сатирик, не более. И тем понятнее отрезвляющее разочарование тех, кто много лет бодро кроил из него знамя.

А фильма показалась вполне себе неплохо соструганной - не увидел я в ней ничего бездарного, а увидел хорошую игру хороших актеров, в легком жанре, без "одесской" искусственности, свойственной тем, у кого кинокамера растет не из того места. Причем эпизод с начальником транспортного цеха понравился особенно - оно ведь, знаете ли, и Гамлета ставят и играют по-разному.
 16.01.2020 18:23   petrovich  По фильме и спорить не буду - просто приму к сведению мнение того, кто её посмотрел.
Доказать, то, что я написал о Жванецком, конечно же я не смогу. Я так его воспринял, да и продолжаю воспринимать ТОГО Жванецкого. Потому и написал.
А вот, то, что по Цветаевой является непременным свойством гениальности - равенство дара и души, не срослось у Мих-Миха. Он, на мой взгляд, обладая уникальным даром, повёлся на сказки и заманки, да и просто - на выгоду. Не захотел взглянуть в ЕВРОПЕЙСКУЮ сторону так, как умел глядеть сюда.
Он оказался по результату жизни мелковат.
Так мне кажется.
 16.01.2020 18:44   marko  Очень вас понимаю (как бывший поклонник господина Макаревича, в частности). Схожее чувство посетило после вашей статьи про Тихого барда - я с неделю рылся в интернетах и, в общем, вынужден был признать: все, вами сказанное, истинно. Жаль, что об этом стараются не говорить... Равенство дара и души... (гений и злодейство?) оно, наверное, тоже может принимать карикатурные формы вроде Растроповича, сидящего в буфете Белого дома с калашниковым меж колен. Сколько их было тогда таких, великих и талантливых, а реально вышли на Красную площадь в августе 68-го лишь четверо, которых, в общем, почти никто и не знал и не знает. Ни Тихий бард не вышел, ни Громкий. Значит ли это, что не вышедшие - мелковаты, что у них несоответствие?.. Вряд ли. Возможно, это те, кто превозносит их, требуют от них больше, чем они могут дать, забывая, что кумиры - помимо прочего, просто люди.
 17.01.2020 21:04   petrovich  Согласен. Люди, конечно, люди! Со всеми людскими несоответствиями дара и души. Только творчеством своим они намекали не только на свой дар, но и на эдакую НЕОБЪЯТНУЮ душу. Привирали маленько, стало быть?

 16.01.2020 18:30   SukinKot  
Я вспомнил разговор двоих бывших коллег, это было в гайдаровские времена. Один сказал: "жаль, Высоцкий умер, сейчас бы он по ним по всем прошелся, спел бы." Второй ответил с каким-то ожесточением: "Ничего бы он не спел". Вот я не знаю, кто из них прав. Как бы повел себя Высоцкий, если бы он дожил до 90-х, до нынешнего времени.
 16.01.2020 18:48   marko  СК, подозреваю, что их и забирают раньше времени именно поэтому. Смерть как спасение и награда.
 17.01.2020 20:39   petrovich  Как спасение.

 16.01.2020 22:59   ArinaPP  
Я не могу так серьёзно обсуждать, как здесь обсуждается. Но мне ОЧЕНЬ понравилась и статья и её обсуждение.
 17.01.2020 19:56   petrovich  Спасибо!

 17.01.2020 01:35   ChurA  
Сознательно жертвовать собой, зная, что они идут на казнь, ради идеи или справедливости, могут единицы из миллионов и миллионов. Как это потом скажется на обществе или откликнется в обществе - это другой вопрос.
Но такие люди- штучный "товар" с уникальной психо-духовной организацией,если можно так сказать. Они - гении поступка. А Жванецкий - не гений. Он талантливый сатирик. Очень талантливый. Попавший в подходящую ему эпоху, в подходящее время. И свою миссию он выполнил, можно сказать с честью, прекрасно владея талантом хождения по лезвию ножа,и тонко чувствуя тот миллиметр, за который переступать - табу. Плюс - неоспоримый талант авторского преподнесения своих сатирических миниатюр. Но и талант, как и всё в мире стареет. И Петрович правильно отметил, что Жванецкий в "Дежурном по стране" - это уже не тот Жванецкий...
А то, что он промолчал по поводу родной ему Одессы? А зачем? Он уже старый человек. Ему хорошо тепло и уютно живётся в России. Здесь его любят,обожают и до конца его дней будут купать в неоновых лучах любви и обожания. Я уверен, что , как у порядочного человека, Одесса -это его боль и он бы мог сказать на этот счёт "весомо, зримо". И что потом? Уезжать на ПМЖ в какой-нибудь Лондон или Цюрих? А ему это надо на старости лет?
 17.01.2020 20:38   petrovich  Если бы так! Если бы! Свою миссию он выполнял, когда это было не очень-то опасно. Советская власть в его время была строга, но ленива. А, вот, вкусно когда запахло корытом со вкусными европейскими помоями, да и энергичные реформаторы могли побольнее ударить, тогда он резко прекратил хождение по лезвию. Скучно! Но чисто по-человечески его понять можно. Чисто по-мелкому, по-чмошному. Это-то и обидно. Он талантлив.

 17.01.2020 01:50   TheTrumpeter  
Дорогой автор, фильма я не смотрел и поэтому речь у меня ни о нём. Речь о вечных образах - буревестниках и не очень. Бывали в нашей истории такие моменты, когда русский человек смотрел и - вдруг - узнавал. Ну, что поделать, бывает и русский, в смысле, советский человек протрезвеет, поведёт вокруг глазами и - узнает. Так, например, узнал он в булгаковском (это моё мнение, и сейчас я не хочу его обосновывать) Лоханкине - русскую интеллигенцию, и стало ему - советскому - горько и смешно. Но, видимо, какой-то остаточный хмель в советской голове присутствовал. Пост-советский потрезвее будет. И не в образе милого недоучки перед ним предстаёт Светлый Образ гуманитарного труженика. Нет, оказалось, что всё и запущенней и хуже. И видит теперь пост-советский русский человек, как бежит за удачей Светлый Образ в виде Великого Слепого из того же великого булгаковского роман, и гуся украденного бросить не хочет, и истерит на каждый тычок мордой в правду - "Да кто это такой! Да он! Да я!", а главное твердит с попугайским усердием над чугунными болванками - "Пилите, Шура! Они золотые". Словно и не видит, что уже даже Шура пилить бросил, плюнул и ушёл. Впрочем, чего же ещё можно ждать от Великого Слепого - русской гуманитарной интеллигенции, будь она молодящимся поэтом, древним бардом или стареющей литературной дамой, будь она всеми ими, трепетно прижимающими к сердцу чугунную ( Она золотая!) болванку.
Странно, что Ваша прекрасная статья обойдена на сайте должным вниманием, странно, что я первым избрал её, хотя должна была бы собраться очередь из желающих щелкнуть по короткой надписи - Избрать.
 17.01.2020 02:05   TheTrumpeter  Да, ещё полслова. Вы пишете про КБ, про то, как - с грибной скоростью - всё и произошло, но не выросло, нет, наоброт - сгнило и втруху превратилось. А я вот думаю, с одним ли КБ так? И не потому ли так с КБ, что так же с их тёзкой (почти), с тем КБ, у которого буква Г посерединке. Много можно и нужно говорить на эту тему. Сейчас скажу только то, что больше всего от Великого Слепого гуманитарного нашего, от им выдвинутых лозунгов, от кухонного его шёпотка пострадали люди хорошие и работящие, а в случае с почти тёзкой КБ ещё и те, кого сильнее всего ненавидел и - при этом - так завидовал, как и бывает при самой сильной ненависти - Великий Слепой, и спокойным серым глазам завидовал и стильным серым плащам, плащам особенно - потому что сам носить с достоинством ничего не умел, всё на нём сидело криво и косо. Да и сам-то он - в результате - лоханулся, но не прекращает завывать - "Крым отобрали!" и "Пилите! Они золотые!" Такова, видно, его судьба с момента рождения на свет полтора века тому назад. Впрочем, это уже другой разговор.
 17.01.2020 20:47   petrovich  Прекрасное сравнение! Ещё раз повторю - с удовольствием прочитал бы развёрнутую версию Ваших мыслей.
Гипотезу написания Булгаковым романов Ильфа и Петрова не поддерживаю. Некто Галковский запустил эту версию, аргументируя её тем, что всякое ПРОСТОНАРОДЬЕ не может создать ничего дельного, тем более в юном возрасте. Мне такая точка зрения не нравится. Шолохова КТО-ТО написал. Шекспира КТО-ТО написал. Дворянин Лермонтов и дворянин Пушкин - те да, имели право.
 17.01.2020 22:04   SukinKot  А я даже не слышал об этой версии. Что-то общее, конечно есть, ибо все, как говорится, вышли из гоголевской шинели. Но уж больно не похож товарищ Бендер на булгаковских героев. Это новое поколение. Юные мечтатели-оборванцы. Одесситы. Зеленый фургон. Из этой оперы. А Михаил Афанасьевич больше любил бывших.

Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться

Тихо, тихо ползи,
Улитка, по склону Фудзи,
Вверх, до самых высот!
Кобаяси Исса
Поиск по сайту
Приветы