Гуру

Max

Гуру

Максег




Яндекс.Метрика
Яндекс цитирования
На главнуюОбратная связьКарта сайта
Сегодня
14 декабря 2019 г.

Нет поэзии в безмятежной и блаженной жизни!

(Денис Давыдов)

Все произведения автора

Все произведения   Избранное - Серебро   Избранное - Золото

Сортировка по рубрикам: 


К списку произведений автора

Проза

Конформистка 3

С Толиком она переспала. Но до того случилась любовь с Аркадием, инструктором райкома ВЛКСМ. Последний школьный год Саша усердно занималась будущей карьерой. Старалась почаще бывать в райкоме. Светилась перед нужными людьми. Аркадий Луценко был из комсомольских вожаков новейшего призыва. Деловые физиономии, глянцевые ухмылки, только бизнес и ничего личного. Тогда уже появились «молодежные центры по организации свободного времени юношества». И уже сообразительное юношество влезло на долевых началах в госпредприятия и кооперативы. Быстренько организовало себе договорные цены, налоговые и таможенные льготы. И гребло бабло по способностям. Человек пять намекали Саше на аккуратный интим. Выбрала Аркадия – он меньше других походил на свинью у кормушки. То есть, был симпатичен, весел и относительно щедр.

Закончив школу, она легко поступила в институт советской торговли. Предварительно новый бойфренд устроил звонок кому следует. Товарищи из институтского парткома встретили Сашу как родную. Говорили о кандидатстве в партию. Упомянули вскользь, что свои люди идут у нас отдельной дорогой. Ей хватило семестра, чтобы понять все тонкости образования левых денег. На сахаре с водой. На дефиците. На замороженных товарах: мясе, рыбе... Кафетерий – золотое дно. На одном мороженом люди за год делали новую тачку. Саша поучаствовала в некоторых темах, но копеечно. Привезти-занести, сосчитать чужие бабки. Не её уровень, ладно хоть связями маленько обросла.

На третьем курсе Саша ушла в заочники. Дневная учеба отвлекала. Её устроили в гастроном заведующей бакалейной секцией. Так что лысые полки конца восьмидесятых она наблюдала исключительно с обратной стороны. Передвигаться по городу стала на такси. Через день ужинала в ресторанах. Появились свои официанты, маникюрша, визажист. Впереди – должность завторга, машина и чуть позже квартира. В двадцать с небольшим!

Но впереди ждала засада. Пришел новый, молодой директор, сынок кого-то наверху. И весело заявил ей, что отрабатывать грядущие блага придётся известным способом. Можно прямо сейчас. От растерянности Саша показала боссу фак. Ещё на словах прибавила для ясности. И вылетела из торговли навсегда. «Зря, – сказал Аркадий, – можно было договориться, найти варианты. Ладно, ничего, с трудоустройством мы решим. Есть одно непыльное местечко».

Непыльным местечком оказалось кабельное телевидение. Сашу взяли бухгалтером. Работали с трёх допоздна. Иногда приходилось обходить задолжников, собирать деньги. Обычно видеокассета ставилась в аппарат, и микрорайон наслаждался «Греческой смоковницей» или концертом «Битлз». А сотрудники под это дело выпивали, закусывали, играли в преферанс. Отчетность была смешная, работа не утомляла. Через год Саша заскучала по яркой жизни и большим деньгам.

Пообщалась с людьми. Познакомилась с человеком, который гонял машины из Тольятти. Звали коммерса Виталик. Он как раз искал специалиста по косметической бухгалтерии. Схема простая. Закупаются якобы некондиционные «Жигули». Дорогой им что-то подвинчивают и на месте толкают задорого. На случай проверки в бумагах должна быть аптека – это Сашины дела. Зарплата – сказка. Бонус – новая машина через год. Бонуса она не дождалась, застрелили Виталика менты. Взяли за ресторанную драку, увезли. А оттуда уже вынесли с лишней дыркой в голове. Что там случилось, Бог его знает. Был слух, менты хотели долю, а Виталик отказал.

Решила действовать сама. И начались серьёзные проекты: компьютеры, авизы, обналичка. Но сперва открыли с Аркашей ТОО. Он – соучредитель с двумя процентами. Остальное Сашино. Уставной капитал – пять тысяч. Юрист оформил бумаги, а что дальше? Правильно, деньги. С первым кредитом намаялись. Постучали в один банк, в другой – ничего. Зачем, почему, куча вопросов – и отказ. Аркаша включил райкомовские связи – бесполезно. Комсомол уже загнулся, а без льгот от государства там мало кто не скис – халява расслабляет. Помог двоюродный брат. У него с Афгана остались друзья в Москве, фонд бывших интернационалистов. Позвонили – дали. И понеслось.

Начали по мелочи: икра, лосось, форель. Потом недвижимость, расселение коммуналок, шинный завод. Добавилась компьютерная тема. Бюджетники вовсю обзаводились новой техникой. Саша была посредником между их фондами и дешёвым товаром. Разница – двадцать процентов, треть – ей, остальное – в карманы госслужащих. Нашла концы Виталика в Тольятти, снова двинулись оттуда «Жигули». Сама уже водила «Опель». С авизами схема известная: взяли в одном банке, едем в другой, получаем наличку, а безнал синхронно отменяем. Трижды прокрутили и отбой. Как верно заметил классик: сумей аккуратно сделать, не психуй, не жадничай, не будь идиотом. Саша не была. Чувствовала рынок, как некогда – лёд. Обе бухгалтерии по всем проектам легко держала в голове.

Проблемы навалились, откуда не ждала. Внезапно от инфаркта умер папа. Мама потеряла работу. Отношения с ней, и без того прохладные, совсем заледенели. Жить на деньги Саши казалось матери неправильным. И сами эти деньги... Зачем их столько? Какая, собственно, у дочери профессия? Коммерсантка? Бизнесвумен? И этот образ жизни: распутство, кабаки... Забыла ведь, когда ночевала дома. Забежит, оставит пачку, не считая, и – фьюить! – умчалась по своим махинациям.

Одновременно нагадил Аркаша, выбрал же момент, кобель. Чего ему, спросите, не хватало? Любовницы, ага. И вот пока Саша бегала-решала-зарабатывала дружок «чинил машину в гараже». Саша гнала подозрения, да и некогда было вникать. Потом застала их с какой-то девкой. Сцена «это не то, что ты подумала». Смазала ему разок по фейсу и тёлке этой дважды. Выслушала лепет, простила – бизнес требовал, но ключ отдала.

Затем арендовала «двушку» в центре под спальню и офис. Вызвонила Толика поплакаться. Бывший одноклассник в эти годы приподнялся. Держал с приятелем байк-шоп и автомастерскую. Жил с танцоркой варьете (или певицей, а может, стриптизёршей, у них там широкий профиль). Но к Саше устремился без вопросов и что надо захватил. Вино, коньяк, цветы, деликатесы.
– Хочешь, проведу с ним воспитательную работу? – сказал об Аркадии.
– Не, пусть живет. Он мне нужен пока.

В общем, осчастливила Толика, а сама немного потерялась. После шестилетнего знакомства, дружбы... Всё равно как с братом переспать. Однако ничего, привыкла. И началась почти семейная идиллия. Утренний кофе, поцелуи наспех. Вечером – кино, ресторан и даже чай у телевизора. Романтические выезды на Плещеево озеро. Однажды ехали по трассе через мост, и вдруг передние колёса отвалились. Вернее, отскочили в стороны, напомнив фильм «Большие гонки». «Опель» – мордой об асфальт, искры, гарь... Это только в кино смотрится забавно. Вылезли белые, потные, конечности трясутся, но, слава Богу, целые. И колёса не задели никого.

Главный вопрос был: кто? По бизнесу у обоих ровно. У Толика железная байкерская крыша. Сашу на тему поделиться вообще не беспокоили. Менты, чиновники, братва существовали как бы параллельно. Это хорошо, но и тревожно: с чего такая благодать? Недавно ей шепнули, мол, прошёл слух, что она – дочь генерала ФСБ. Лучше не трогать, мало ли... Допустим. Но кто тогда подсуетился с гаечным ключом? Завистники-соседи? Аркадий? Ему-то какой резон? Так и не узнали. Арендовали гараж, повесили стальную дверь в квартиру. Толик отремонтировал машину и проверял каждый день.

До января всё было тутти-фрутти. Бизнес цвёл. Толя подарил кольцо и шубу. А также отдых на Канарах и мобильник, стоивший и весивший, как парабеллум. В сумочку не помещался, но в бардачок машины – самый раз. Невезучий «Опель» заменили «Мерседесом». В планах – свадьба, новая жилплощадь и открытие ресторана. Нет, в другом порядке: жилплощадь, ресторан, и в нем гуляем свадьбу. Уже приметили квартиру в новом доме – сто метров, окна на Волгу, гараж, евроремонт. Хозяин спешно отбывал на Альбион и уступил по-божески. Не квартира, мечта! Саша мысленно там поселилась и занялась дизайном. Свободных денег, правда, не хватало, тридцать штук. Вынимать из дела неохота. Договор с отсрочкой платежа? Тогда нужна простая одноразовая сделка.

В мышеловке тоже всё просто и быстро, да. Но. Но... И тут как раз Аркадий подкинул вариант.
– Один приятель срочно ищет деньги. На пару месяцев. Процент – пятнашка в месяц. И вперёд.
– Сколько?
– Двести. Штук баксов.
– Ого... То есть, мы даём сто сорок, получаем двести. Что за приятель?
– Данильченко. Бывший второй секретарь, ты его не знаешь.
– А чего его знать? – усмехнулась Саша. – И так ясно, мошенник. У вас там честных не держали. Чем по жизни занимается? Почему не идёт в банк?
– Лекарствами.
– Наркотой?
– Упаси Бог. Да нам какая разница?
– Большая. А если он нас кинет? Или его кинут?
– Вряд ли, давно его знаю. Умный, как мавродий.
– Это меня и беспокоит. Ладно, юристы посмотрят. Если впишемся, сколько инвестируешь?
– Десятку. Максимум пятнадцать. Ты?
– Ну... скажем... двадцать пять. Итого сорок.
– Я знаю, где быстро взять сто штук. Семь процентов в месяц.
– Восемь. Но они тебе не дадут.
– Если ты позвонишь, дадут. Под мою гарантию.

В голове у Саши заработал калькулятор. Шестьдесят минус два по восемь. Общий плюс – сорок четыре. Ей – не меньше тридцати. Доля Аркадия от первых сорока – тридцать семь и полпроцента. С них мы имеем двенадцать штук. Ему – четыре с половиной. В остатке тридцать девять с половиной. Интересно, сколько вообще он хочет?
– Сколько всего ты хочешь?
– Всего? Двадцать.
– Не треснет?
– Саш, моя идея. И я башкой рискую.
– А я – репутацией, что намного ценнее. Десять.
– Пятнадцать.
– Тринадцать.
– Несчастливое число. Четырнадцать, и я звоню.
– Звони.

Толика решила не грузить, сказала просто: «Деньги будут в марте». Лучший способ развалить семью и бизнес – это мешать одно с другим. Однажды только вышел разговор.
– Саш, если надо помочь, ты не молчи, – потребовал бойфренд, – а то я тебя знаю. Хорошо?
Саша кивнула.
– И ещё. Нужна кодовая фраза для экстренного случая. Когда полный трындец и вилы. И сказать в открытую нельзя.
– Картошка с грибами.
– Что?
– Кодовая фраза. Картошка с грибами.
– Почему картошка?
– Чтобы никто не догадался.

Должник исчез в начале марта. Саша в энергичных выражениях объяснила Аркадию, кто виноват и что делать. «Найдём», – вздохнул партнёр. А через день и сам пропал. Обзвонила кого можно и нельзя, включая его баб. Результат нулевой. Только мать бессвязным шёпотом ответила, мол, срочно вылетел куда-то по делам. На Урал или в Сибирь, толком не сказал, и когда будет, неизвестно. (Сука, тварь дрожащая!) Ищут его многие по телефону и так. Заходили два мордоворота, говорили, большой долг на Аркаше. И, если не отыщут, заберут квартиру – по-хорошему либо с утюгом. Отец в предынфарктном состоянии. Помогите как-нибудь, Сашенька, чтобы они нас больше не терзали.

Эх... самой бы кто помог.

Звонки от кредиторов сперва звучали вежливо. «Будьте добры, передайте господину Луценко, чтобы он немедленно связался...» Затем голоса изменились. «Ты, чмошница, завтра не вернёшь деньги, обольём кислотой. Адрес твой есть. Жди!». Во дворе обосновалась незнакомая «Тойота» с дымчатыми стёклами. Настало время признаваться Толе.

– ИСТ-банк это плохо, – Толик поморщился, – Тарханова крышуют бывшие менты, а они хуже бандитов. Ничего, разрулим как-нибудь. Пообщаюсь с одним фиксером... Главное, подписи твоей нет... А ты сиди дома. У окон не светись, – он встал, задёрнул шторы, – дверь не открывай, трубку не бери, автоответчик запишет, а мы послушаем. Только мне звони – раз в час.
– А дела, встречи?
– Отмени, перенеси. Придумай что-нибудь. Двоюродная тётя выходит замуж. Дедушка скончался где-нибудь... в Австралии. Лучше тебе вообще уехать.
– Это ты меня с кем-то перепутал.
– Саш, давай без героизма, а?

Какой там героизм. Сидела и тряслась, как мышь в подполье. Кофе, бренди, сигареты... Телевизор раздражал, чтение не шло. Телефон не отключала: лучше знать, что происходит. Перезванивать и врать не было сил.
– Саш, это Виктор. Где тебя черти носят? Срочно перезвони!
– Завтра в одиннадцать чтобы ты стояла у нашего офиса...
– Саша! Я четыре сообщения оставил! Похоже, мы в глубокой жопе...
– Солнце моё, я затрахалась тебя вычислять. Найдешь меня сама...
– Саша, ты вменяема? Где товар? Все сроки, блин, прошли! Выйди на связь...

И вдруг спокойный баритон, почти что ласковый:
– Александра Павловна, здравствуйте. Игорь Тарханов беспокоит. Если вы меня слышите, возьмите трубочку, пожалуйста... кхм-кхм... ну, жаль. Зря вы от нас скрываетесь. Мы вам не желаем зла. Напротив, ваше благополучие строго в наших интересах. Цивилизованные люди всегда могут договориться. Сделаем так. Подъезжайте в филиал на Рыбинской сегодня до обеда. Лучше прямо сейчас. Наш консультант, Женя, объяснит, что можно сделать в плане реструктуризации...

Она сняла трубку.
– Здравствуйте, Игорь мм...
– Сергеевич. Славно, что вы отозвались, правильное решение...
– Что вы имеете в виду под реструктуризацией?
– Отсрочка, рассрочка и так далее. Вы же не первый год в теме.
– Я приеду. Какой номер дома?

Мигом оделась, набрала Толика. Занято, чёрт!
– Толь, классная новость! Твои контакты заработали. Мне звонил Тарханов – лично, прикинь! Хочет договориться. Я сейчас еду к ним, буду требовать отсрочку, пока не вычислим этих козлов. Потом сразу отзвонюсь. Ну всё, убегаю, целую, пока!

За долгие часы в подвале она исследует ошибки этого утра. Развели, как малолетку. Ну с какого перепугу владелец банка, даже небольшого, станет звонить рядовому клиенту? Почему не главный офис, а неясный филиал? Почему не дозвонилась Толику? Не оставила хотя бы адрес, идиотка?! И здание должно было её насторожить. Задвинутое в глубь квартала, похожее на бывший детский сад. Никаких признаков банка ИСТ. Хотя другие вывески там были... Охранное агентство «Цитадель», кажется... или «Бастион»... Юридическая фирма «Confidence»... Юридическая фирма усыпила осторожность.

Мозги включились только на лестнице. Когда провожатый, офисный мальчик при галстуке, указал направление вниз.
– Сюда, пожалуйста.
И откуда-то сбоку возник другой – в чёрной униформе, на поясе гаджеты. Нелепо укорочённый пистолет в кобуре. Обернулась, рука нырнула в сумочку за газовым баллоном.
– Извините. Мне сначала надо в туалет.
Чёрный успел, тренированный, гад. Вывернул руку, аж хрустнуло, боль ударила током.
– Ай!!
Отпустил слегка.
– Спускайся, живо! Дёрнешься – сломаю.

В подвале – душный, складской запах картона. Ящики, коробки, трубы с изоляцией и без. К одной Сашу умело пристегнули. Рядом – пластиковое ведро и бутылка «Evian». Готовились. Или у них это рабочий комплект?
– Посидишь тут до завтра. Подумаешь, – сказал офисный планктон. – Утром дадим тебе сделать звонок. Сто штук и пятьдесят за хлопоты.
– Ребят, ну что вы творите?! – всхлипнула Саша. И вмиг оборвала плаксивый тон. – Я сейчас могу решить! Отпишу вам фирму, имущество...
– Сто пятьдесят штук налом, – юноша потянулся к выключателю.
– Свет хоть оставьте, уроды!! – крикнула в отчаянии. – Позвоните Тарханову! Я с ним договорилась...
– Угум. А я – с Анджелиной Джоли.

Темнота. Главное, чтобы не было крыс. Зажигалка в сумочке. А сумочка где? Швырнули куда-то, не дотянуться. И сигареты там же, чёрт! Чёрт!! Не психовать. Думать позитивно. Живая – это раз. Более-менее тепло, плюс шуба – два. Бутылка... вот она. Воду экономить – четыре. А вдруг там отрава? А смысл? Рука болит, но терпимо, вот же сука мордатая... Позитив. Конструктив. Злоба, паника – всё мимо. Реветь – потом, сейчас – думать. Кто они? И кто санкционировал?.. Нет, вряд ли. Это шестёрки, им сказали вытащить бабло, они действуют, как могут. Значит, мучить и насиловать не будут. Не факт. Ох, не факт... Что завтра сказать Толе? Адрес, так. Кодовая фраза. Сколько их. Деньги. Ещё раз: адрес – кодовая фраза – сколько их – деньги. Толик вытащит, если без горячки. С ума там сходит, бедный... Как она могла ему не дозвониться?! Обрадовалась, дура... Выбраться отсюда и бросить всё к чертям. Выбраться. Виталик тоже думал позитивно, а его закопали... Спокойно. Спокойно. Живая – это раз. Курить хочется, сил нет...

Бывают ночи, похожие на вечность.

Голоса, щелчок замка, и свет ударил по глазам. Те же – костюм и униформа.
– Ну что, берём помощь друга? Кому будем звонить?
– Мужу. Гражданскому.
– Кто у нас муж?
– Бизнесмен.
– Конкретнее.
– Магазин держит. «Байкс энд Битс» на Московском проспекте.
– Окей, вперёд, – юноша протянул мобильник, – учти, мы на громкой связи.

– Толь, это я...
– Саша?! Ты где??
– На Рыбинской двадцать «а», в заложниках... Я тебе картошечки нажарила с грибами. В холодильнике. Нашёл?
– Какие ещё грибы?! А! Нашёл. Что от тебя хотят?
– Какие, блядь, грибы? – тявкнул костюм. – Дай сюда трубку!
– Полтораста штук. Аркашин косяк и...
– Сколько их?
– Двое...

Юноша вырвал телефон, отключил громкость.
– Ты всё слышал?.. Ну да, ага, уже боюсь... Короче вези наличку, у тебя два часа... Ладно, три. Придёшь один, на входе спросишь Женю. И без фокусов, Толя, понял? У нас полно охраны и рамочка стоит. И мы знаем, кто ты есть. К ментам или крыше своей лучше не ходи. У нас везде друзья. Нам бабки, вам расписку, забираешь свою тёлку и гудбай... Да понял я, остынь...
– Может трахнем её, пока он едет? – сказал охранник. Громко сказал, чтобы Толя услышал.
– Время покажет. Мы ждём, бизнесмен.

Сцена третья. Те же плюс Анатолий Иньков.
– Привет, ты как? – спросил Толик.
– Как в Австралии, – ответила Саша, – давай уже валить отсюда.
– Деньги принёс? Выкладывай, – офисный мальчик Женя указал на коробку с логотипом «Samsung», – только медленно.
– Сначала отстегни её.
– Нет. Сначала деньги.
Охранник в чёрном встал у Толи за спиной. Ладонь на кобуре. Толик оглянулся.
– Уйди оттуда. А то я нервничаю.
– Потерпишь.
Вззззык – расстегнулась молния на сумке. Последовал мягкий шелест целлофана.
– Считать будешь?
– А то.
– Э! Да у вас тут крысы! – испуганно вскрикнул Толик. – Вон, смотри, побежала!

И тут же – резкое движение с поворотом. Воздух что-то рассекло. Мерзкий, хрюкающий звук, стон. Чёрный неуверенно попятился, закрыв лицо руками. Саша увидела кровь.
– Трахнуть хотел? На!!
Толик что есть силы пнул охранника по яйцам. Болезненный вопль. Парень, согнувшись, заваливался на бок. Толик рывком вынул пистолет из кобуры.
– Стоять! От двери шаг назад! Освободил её, бегом!
Женя быстро сделал шаг назад. В глазах его скакало удивление. Роли поменялись слишком быстро.
– Аэ-т... Ключ у него.
– Так достань! Отстёгивай... Саш, иди ко мне... Ключ сюда бросил. Теперь его волоки! К трубе, дебил!
– Я не смогу.
– Женя, – мечтательно сказал Толик, – знаешь, что бывает, если из травмата попасть в колено? Мне очень интересно, а тебе?
– Нет! Сейчас...
Женя схватил напарника за кисть, потянул. Показалось окровавленное лицо.
– Я сам... – охранник с трудом поднялся, доковылял к трубе, медленно сел, – Жень... ох, сука, больно... позвони в скорую. Он мне нос сломал...
– Потерпишь, – сказал Толик, – мобилы бросайте сюда. И рацию. Цепочку за трубу и оба пристегнулись. Молодцы. Что они тебе сделали?
– Я в порядке, – Саша ощупала локоть, плечо, – побыстрее не мог?
– Это типа спасибо?
– Спасибо. Чем ты ему вмазал?
– Ха! Массажёром для спины. Не забыть его... а, вот! – Толик поднял ленточный массажёр с тяжёлыми деревянными колёсиками. – Хотел цепь взять, но этот вовремя предупредил. Надо сваливать. Где твоя сумочка? Платок есть?

Толик обтёр рукоять пистолета, швырнул его за ящики.
– Значится так, граждане бандиты... То, что вы сделали, называется похищение человека. Очень нехорошая статья. Беспредел по любым законам. Наш телефонный разговор я, кстати, записал. Но мы готовы это всё забыть. Соответственно вы забываете Александру Павловну и её родственников. Тем более, она сегодня улетает за границу. Я выкупаю долг Луценко, с реструктуризацией, естественно. Все переговоры через адвокатов. И давайте разойдёмся тихо. Крышу мою беспокоить не стоит: их потом хрен остановишь – байкеры, зверьё реальное. Оно вам надо? Всё, отдыхайте, пацаны.

– За какую границу я улетаю? – нервно усмехнулась Саша в машине.
– Без шуток. Тебе есть куда уехать? Месяца на... два-три... пять?
– А ты? А бизнес, квартира и...
– Саша, очнись! Мы не знаем, что у этих тварей в головах. Ты мне нужна здоровая и целая. Это главное, остальное – моя забота. Без тебя мне здесь спокойней разрулить. Устаканится – вернёшься.
– Подруга есть в Самаре. Восемь лет за одной партой сидели. В гости звала.
– Звони ей.


Опубликовано:10.10.2019 14:45
Просмотров:295
Рейтинг..:50     Посмотреть
Комментариев:2
Добавили в Избранное:2     Посмотреть

Ваши комментарии

 10.10.2019 17:45   Mistifikator  
Короткие четкие фразы вколачивают авторский замысел в наши читательские головы надежно и аккуратно. А длинные предложения с забытым началом и недосягаемым концом гнулись бы, уходили бы в сторону и натыкались бы друг на друга. Макс, возможно, это мое сугубо личное восприятие, но... Что-то подсказывает мне, что твой аскетизм повествования по душе очень многим.
Кстати, почитал прозу твоей жены... Такое же высокое требование к лаконизму, выверенному ритму и точности слова. Это у вас семейное!)
 11.10.2019 10:13   Max  Точно. Поживи с человеком лет 25, поневоле станешь на него похож. А он на тебя. )) Однако, согласно этому правилу, из меня должен был получится классный фотограф. А не получился вообще никакой. Глянь вот альбомчик, когда будет минута
https://www.flickr.com/photos/tortoiseshell_cat/
 11.10.2019 10:56   Mistifikator  Макс, заряды одного знака отталкивают друг друга. Для притяжения разница просто необходима. Схожесть прозаического почерка надо чем-то компенсировать. Жена фотографирует, а муж, видимо, поёт красиво...) Абсолютная одинаковость разрушительна.
А фотографии просто великолепны. Особенно мне понравились макро. Уровень профи!)
 11.10.2019 11:02   Max  Сейчас передам )

 11.10.2019 17:19   ArinaPP  
Да. Согласна с Мистификатором.

Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться

Тихо, тихо ползи,
Улитка, по склону Фудзи,
Вверх, до самых высот!
Кобаяси Исса
Поиск по сайту
Приветы