В четверг 23 октября в Тель-Авиве начался суд над поэтом и публицистом Григорием Трестманом и редактором газеты «Вести» Сергеем Подражанским, которые обвиняются в подстрекательстве на почве расизма, разжигании межнациональной розни и «демонизации» арабов.
Все началось с того, что 25 августа 2005 года в газете «Вести» под псевдонимом Гершон Бен-Яаков была опубликована часть написанной Трестманом поэмы «Парадигма Либермана», являющей собой «поэтическое изложение» программы партии «Наш дом Израиль» (НДИ). В январе 2006-го автор и редактор «Вестей» узнали, что им предъявлен уголовный иск. Как выяснилось, Центр по защите гражданских прав израильских арабов «Мосауа» обратился к юридическому советнику правительства Мени Мазузу с жалобой на публикацию «Парадигмы». Адвокат этой организации Фуад Аазар утверждал, что та публикация «демонизирует арабов», содержит оскорбляющие эпитеты в адрес арабских граждан и разжигает межнациональную рознь.
Вот цитата из «Парадигм», вызвавшая недовольство представителей «Мосауа»: «...А ягодки — кошмарный сон: число израильских арабов зашкалило за миллион и далее растет не слабо. Взгляни на них — темно очам! Скажу евреям не в обиду: арабы пашут по ночам во имя восполненья вида. Затменье лунного луча, дыханье смерти, след напасти? Крольчиха, кошка, саранча не ведают подобной страсти! И как ты счастья ни пророчь, уже нам путь мостит ко гробу за ночью ночь, за ночью ночь арабской женщины утроба...».
Мени Мазуз рекомендовал начать расследование, и Подражанского с Трестманом допросили. Как пояснил порталу «IzRus» представляющий их адвокат Рами Крупник, «свидетельством разжигания межнациональной розни является целенаправленное, обычно с использованием лжи и клеветы, натравливание на этнические общины. Обвинить в этом можно лишь, если существует обоснованное подозрение: высказывания продиктованы преступными намерениями».
«Цитата, оформленная в поэтические строки, констатирует действительность. Объективный человек поймет, что подобная форма выражения не является угрозой, призывом к совершению преступных, противоправных действий. В данном случае автора можно обвинить лишь в плохом художественном вкусе», — заявил адвокат.
Как рассказал порталу «IzRus» Григорий Трестман, идея написания «Парадигмы» родилась в беседе с тогдашней главой пресс-службы НДИ, ныне покойной Розой Финкельберг. Он поспорил, что сумеет написать программу партии в стихах. Это заняло у него двое суток. «Я не считаю, что написал стихи, тем более, они сочинены на спор. Общеизвестно: суконный язык публицистики и политической пропаганды тяжело читается. Для воссоздания гармоничного восприятия я выбрал пародийный стиль. Все это — элементарный стеб в пародийном жанре», — заявил Трестман.
По его словам, Финкельберг сочла, что пародия заслуживает внимания читательской аудитории, и переслала ее по электронной почте в редакцию «Вестей». «1 января 2006 года, спустя полгода после публикации, мне позвонили знакомые, “поздравили” с Новым годом: они прочли в Интернете, что против меня подан иск, — вспоминает Трестман. — А через несколько дней меня вызвали на допрос в полицию».
Сергей Подражанский в свою очередь рассказал порталу «IzRus», что решил опубликовать текст «Парадигм», так как он был «написан интересно, пародийно»: «В данном случае перо Трестмана напомнило мне агитки Демьяна Бедного. Такие стихи имеют право на жизнь». Подражанский отметил, что через него проходят десятки материалов за день. «Разве сразу вспомнишь, что было полгода назад? Когда я получил вызов на допрос, даже не сразу понял, о какой именно публикации идет речь. В тот период в мире разразился карикатурный скандал — с публикацией в датской газете “Jyllands-Posten” карикатуры на пророка Мухаммеда. Полагаю, что действия против нас были предприняты, как говорится, “под шумок”», — подчеркнул редактор «Вестей». Он рассказал, что после публикации «Парадигм» никто не потребовал извинений ни у автора, ни у редакции газеты.
Информация о предстоящем суде вызвала массовое обсуждение этой темы в русскоязычном блог-сообществе. Участников дискуссии в основном были невысокого мнения, как о литературном уровне «Парадигм», так и о их содержании, но резко высказывались против юридического преследования автора и редактора. Некоторые блогеры отмечали, что возмутившие правозащитников строки являются переложением фразы Ясира Арафата о «матке арабской женщины — самом сильном нашем оружии».
Не усмотрев никакого подстрекательства в тексте «Парадигм», участники обсуждения подчеркивают, что не раз сталкивались с гораздо более явными примерами разжигания этнической розни, но против их авторов не применялось никаких юридических мер. Так около трех лет назад песня певца Моше Атиаса (сценический псевдоним Шейх Моизо) «Ха-Русийот», о репатриантках из бывшего СССР не вызвала никакой реакции со стороны правозащитников и юридического советника Мазуза. Песня, исполнявшаяся на марокканском диалекте, содержала очень грубые нападки на «русских». Например, там была фраза «олимовский сброд, опустошивший казну, завезший сюда собак, шлюх и свинячьи магазины...».
Другие блогеры затронули вопрос правомочности подачи иска Центром «Мосауа», в связи с тем что эта организация ранее требовала изменить флаг и гимн Государства Израиль как «не соответствующие чаяниям арабского меньшинства».
Вот скромная приморская страна.
Свой снег, аэропорт и телефоны,
свои евреи. Бурый особняк
диктатора. И статуя певца,
отечество сравнившего с подругой,
в чем проявился пусть не тонкий вкус,
но знанье географии: южане
здесь по субботам ездят к северянам
и, возвращаясь под хмельком пешком,
порой на Запад забредают - тема
для скетча. Расстоянья таковы,
что здесь могли бы жить гермафродиты.
Весенний полдень. Лужи, облака,
бесчисленные ангелы на кровлях
бесчисленных костелов; человек
становится здесь жертвой толчеи
или деталью местного барокко.
2. Леиклос
Родиться бы сто лет назад
и сохнущей поверх перины
глазеть в окно и видеть сад,
кресты двуглавой Катарины;
стыдиться матери, икать
от наведенного лорнета,
тележку с рухлядью толкать
по желтым переулкам гетто;
вздыхать, накрывшись с головой,
о польских барышнях, к примеру;
дождаться Первой мировой
и пасть в Галиции - за Веру,
Царя, Отечество, - а нет,
так пейсы переделать в бачки
и перебраться в Новый Свет,
блюя в Атлантику от качки.
3. Кафе "Неринга"
Время уходит в Вильнюсе в дверь кафе,
провожаемо дребезгом блюдец, ножей и вилок,
и пространство, прищурившись, подшофе,
долго смотрит ему в затылок.
Потерявший изнанку пунцовый круг
замирает поверх черепичных кровель,
и кадык заостряется, точно вдруг
от лица остается всего лишь профиль.
И веления щучьего слыша речь,
подавальщица в кофточке из батиста
перебирает ногами, снятыми с плеч
местного футболиста.
4. Герб
Драконоборческий Егорий,
копье в горниле аллегорий
утратив, сохранил досель
коня и меч, и повсеместно
в Литве преследует он честно
другим не видимую цель.
Кого он, стиснув меч в ладони,
решил настичь? Предмет погони
скрыт за пределами герба.
Кого? Язычника? Гяура?
Не весь ли мир? Тогда не дура
была у Витовта губа.
5. Amicum-philosophum de melancholia, mania et plica polonica
Бессонница. Часть женщины. Стекло
полно рептилий, рвущихся наружу.
Безумье дня по мозжечку стекло
в затылок, где образовало лужу.
Чуть шевельнись - и ощутит нутро,
как некто в ледяную эту жижу
обмакивает острое перо
и медленно выводит "ненавижу"
по росписи, где каждая крива
извилина. Часть женщины в помаде
в слух запускает длинные слова,
как пятерню в завшивленные пряди.
И ты в потемках одинок и наг
на простыне, как Зодиака знак.
6. Palangen
Только море способно взглянуть в лицо
небу; и путник, сидящий в дюнах,
опускает глаза и сосет винцо,
как изгнанник-царь без орудий струнных.
Дом разграблен. Стада у него - свели.
Сына прячет пастух в глубине пещеры.
И теперь перед ним - только край земли,
и ступать по водам не хватит веры.
7. Dominikanaj
Сверни с проезжей части в полу-
слепой проулок и, войдя
в костел, пустой об эту пору,
сядь на скамью и, погодя,
в ушную раковину Бога,
закрытую для шума дня,
шепни всего четыре слога:
- Прости меня.
1971
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.