«Мосье, Вы – старомодны. Как Псалтырь,
Ковчег и жухлый корень адюльтера.
Отнюдь не Гефсиманские сады,
Отнюдь не шемаханские гетеры,
Туманный юмор (только – под себя),
Чесночный суп, «ча» через «я» и чаща
Бездомной шерсти – род людских собак,
Слюнявый рот, эпохою горчащий…
Вы скажете: «да-на-себя, коза»…
…она ответит: «Мы – на «Вы!»
Планета
Забьёт козла, закурит и со зла
Эпоху Марлезонского минета
Объявит – и – закружат, заскользят
Фигура Жэ, фигура По…, проходка…
Расслоенные ласточки глаза,
Кикимор истеричная икотка, –
Пока в сравненьях пышных – кто – кого,
Пока полмира – ставит, пол- – без чувства,
Я к гномикам в оправе домовой
И синим белкам в Тартар прокачусь и
Наверно, сдохну, если тот же глюк
В углах и под землёй уже пасётся…
.. а мне бы – только знать, что плачет лук,
Увидев, как дворняга тянет солнцу
Больную лапу, как болит стекло
Разбитой тачки, как полы скрипучи
На день девятый, как несёт циклон
Того, кто пассажир, а не попутчик,
Подальше…
Гефсиманские сады
Вазонов содрогаются – от смеха?
Мосье, я старомодна, но не дай
Ни бог, бодун, ни чёрт мне быть Вам – эхом –
Банальней рифмы.
Без-корнее – пусть! –
Моим – не подниматься, – степлер к тумбе
Их приколол.
Не вырваться.
Не рвусь.
Лежу.
Глазами поливаю клумбу
Мещанской люстры.
И небесный кубик
Спускается на мой сердечный брус.
В тот год была неделя без среды
И уговор, что послезавтра съеду.
Из вторника вели твои следы
В никак не наступающую среду.
Я понимал, что это чепуха,
Похмельный крен в моем рассудке хмуром,
Но прилипающим к стеклу лемуром
Я говорил с тобой из четверга.
Висела в сердце взорванная мина.
Стояла ночь, как виноватый гость.
Тогда пришли. И малый атлас мира
Повесили на календарный гвоздь.
Я жил, еще дыша и наблюдая,
Мне зеркало шептало: "Не грусти!"
Но жизнь была как рыба молодая,
Обглоданная ночью до кости, –
В квартире, звездным оловом пропахшей,
Она дрожала хордовой струной.
И я листок твоей среды пропавшей
Подклеил в атлас мира отрывной.
Среда была на полдороге к Минску,
Где тень моя протягивала миску
Из четверга, сквозь полог слюдяной.
В тот год часы прозрачные редели
На западе, где небо зеленей, –
Но это ложь. Среда в твоей неделе
Была всегда. И пятница за ней,
Когда сгорели календарь и карта.
И в пустоте квартиры неземной
Я в руки брал то Гуссерля, то Канта,
И пел с листа. И ты была со мной.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
