Зима рождалась в августе, нам всем хотелось праздновать,
Хотелось причащения, объятий, пирогов.
Мы вышли к солнцу парами и юные и старые,
И крикнули в открытую все хором : здравствуй Бог!
(Эх, шились платья алые, костюмы небывалые,
Учились тексты длинные, на старте, как один.)
Мы выстроились в очередь: провайдеры и зодчие,
Нарядные и с гимнами: эй, Боже, выходи.
А Богу фиолетово во что теперь одеты мы,
Какое имя в паспорте и с кем ложимся спать.
Он смотрит вдаль доверчиво и каждой встречной женщине
Кивает очень ласково и дарит пропуск в spa.
А богу шито-крытово : с проклятьями ль, с молитвами
Массовка – в поднебесную с протянутой рукой.
Он смотрит в нас задумчиво и в каждом встречном юноше
Один вопрос: воскресну ли, (останусь ли живой.)
И все мы, все мы искренне под музыку и выстрелы,
Под флейты с барабанами, подальше из орбит
Кричим себе, не чешемся, что конные, что пешие,
Здоровые и пьяные фанаты ар – эн – би.
Бесплатный сыр и коржики раздаст нам светлый боженька,
И всем разделит поровну и блага и долги.
Съедим и не поморщимся, с надеждою на большее,
И снова грянем хором мы: спаси, да помоги.
Летят над нами нолики, поют над нами кролики,
Растут на поле крестики, мы все в своём уме.
Зима рождалась заново с потерями и планами,
И сыпался полмесяца с небес бумажных мел
Казалось, внутри поперхнётся вот-вот
и так ОТК проскочивший завод,
но ангел стоял над моей головой.
И я оставался живой.
На тысячу ватт замыкало ампер,
но ангельский голос не то чтобы пел,
не то чтоб молился, но в тёмный провал
на воздух по имени звал.
Всё золото Праги и весь чуингам
Манхэттена бросить к прекрасным ногам
я клялся, но ангел планиды моей
как друг отсоветовал ей.
И ноги поджал к подбородку зверёк,
как требовал знающий вдоль-поперёк-
«за так пожалей и о клятвах забудь».
И оберег бился о грудь.
И здесь, в январе, отрицающем год
минувший, не вспомнить на стуле колгот,
бутылки за шкафом, еды на полу,
мочала, прости, на колу.
Зажги сигаретку да пепел стряхни,
по средам кино, по субботам стряпни,
упрёка, зачем так набрался вчера,
прощенья, и etc. -
не будет. И ангел, стараясь развлечь,
заводит шарманку про русскую речь,
вот это, мол, вещь. И приносит стило.
И пыль обдувает с него.
Ты дым выдыхаешь-вдыхаешь, губя
некрепкую плоть, а как спросят тебя
насмешник Мефодий и умник Кирилл:
«И много же ты накурил?»
И мене и текел всему упарсин.
И стрелочник Иов допёк, упросил,
чтоб вашему брату в потёмках шептать
«вернётся, вернётся опять».
На чудо положимся, бросим чудить,
как дети, каракули сядем чертить.
Глядишь, из прилежных кружков и штрихов
проглянет изнанка стихов.
Глядишь, заработает в горле кадык,
начнёт к языку подбираться впритык.
А рот, разлепившийся на две губы,
прощенья просить у судьбы...
1993
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
