Мир так хорош, а плачется. Микроскоп
нужный размер заныкал от пирамидок
(тех, что без доллара), от белизны – без скоб –
зубок нехищных особей разных видов,
от Прометеев некусаных – саламандр,
от негритят живых на десятом небе,
от разноцветных воронов (каждый – брат),
и павианов цветастых (восторг и трепет…)
Где это – вечная магия костерка?
Кости планет, изнежившие пещеры?
Где же, как змей бумажный, летит река
в личный хрустальный шарик старухи Череп?
Личная информация муравья?
... – заросли лунных шарфиков в тёплой али
женщиной ставшей развилки в тени двора,
камушков, ждущих обеда и «шоб сосали»…
Небо лизнёт драконовым языком
детскоплощадочный пух из песка и мрака.
Нежно рыгнёт – будильником – зимний гром,
дремлющий на пороге ничьих бараков.
Тенью у губ парадного – шмыг да шмыг, –
как санитарка – к больному – под попу утку,
ядом натёртую, – дерзкий зверёк на крик
слабых придёт, и зубы запустит в грудку:
мир так хорош, мол…
Да, росомаха, да…
Тёплый халат прозрачности. Не заметишь
долгий приход с невиданных гор кота,
то, как кожа под микроскопом ветошь
напоминает.
Тяффф…..
2
Есть время нарушения хребтов.
Есть время замыкания на ранах.
Есть тысячи невыношенных ртов,
жующих (в прах) ковров обетованных
засыпанный сухариками ворс.
Есть чучело молитв,
Страшила близо-
безчувственности,
дым от папирос,
синяк – от росомах – солёный вызов
на полосу препятствий, к «излечить»
ведущую.
Есть смерть в ванильных розах...
…когда на Марсы улетят грачи,
когда в аду повесятся стрекозы,
когда огромный крылый зоопарк
на крытом рынке крыночку распятий-
распитий одолеет, как Плутарх –
творение души,
когда под пяткой
на простыни калиновым мостом
взойдёт дорога к праведным гусарам,
то ты полюбишь этот дикий дом
и плюнешь в рыло сов и санитаров,
гиен и росомах.
И белизну
пушистых, не модельных – пальцем в темя
попробуешь проткнуть…
Но, облизнув
хребет, зверушек время ест.
Ест время…
3
Как голову в банановой авоське,
как киви в теле приодетых мах,
несёт свой мир малиновая Фроська,
а на неё – полтыщи росомах
охотятся.
Поодиночке.
Сёстры
в сортире жмутся к капельницам – жуть…
А мир – такой загадочный и пёстрый,
и в нём коготы ктотов нежно жрут…
О, санитарный час моих махито
замшелых кочек, папороти час,
лягушки-дружки в грудах малахита,
букашек сердобольный тарантас!
О, ветка подкукушечных кукуев,
о, топи под пижамой из сапог
(по одному) Утопий-Мёртвых-Гурий
и Слепоты-В-Крови-Единорог!..
Как ястреб – на постель, как тапок – в морок,
как море – в землю, в утку по-се-ку…
прекрасный мир выдавливал из поры
то ласку трав – гладильную доску,
то шёпот солнца в газовых конфорках,
драконий лепет лифтиков в домах…
И крались к мыслям, словно к детям – орки
во сне, эннадцать армий росомах…
Кажинный раз на этом самом месте
я вспоминаю о своей невесте.
Вхожу в шалман, заказываю двести.
Река бежит у ног моих, зараза.
Я говорю ей мысленно: бежи.
В глазу - слеза. Но вижу краем глаза
Литейный мост и силуэт баржи.
Моя невеста полюбила друга.
Я как узнал, то чуть их не убил.
Но Кодекс строг. И в чем моя заслуга,
что выдержал характер. Правда, пил.
Я пил как рыба. Если б с комбината
не выгнали, то сгнил бы на корню.
Когда я вижу будку автомата,
то я вхожу и иногда звоню.
Подходит друг, и мы базлаем с другом.
Он говорит мне: Как ты, Иванов?
А как я? Я молчу. И он с испугом
Зайди, кричит, взглянуть на пацанов.
Их мог бы сделать я ей. Но на деле
их сделал он. И точка, и тире.
И я кричу в ответ: На той неделе.
Но той недели нет в календаре.
Рука, где я держу теперь полбанки,
сжимала ей сквозь платье буфера.
И прочее. В углу на оттоманке.
Такое впечатленье, что вчера.
Мослы, переполняющие брюки,
валялись на кровати, все в шерсти.
И горло хочет громко крикнуть: Суки!
Но почему-то говорит: Прости.
За что? Кого? Когда я слышу чаек,
то резкий крик меня бросает в дрожь.
Такой же звук, когда она кончает,
хотя потом еще мычит: Не трожь.
Я знал ее такой, а раньше - целой.
Но жизнь летит, забыв про тормоза.
И я возьму еще бутылку белой.
Она на цвет как у нее глаза.
1968
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
