Весна зависла между мартом и июнем
Дрожит, пищит, трещит заледенелым,
Втоптанным пакетиком в сугроб
И банками
И там еще стекло
Дожди «прости» свое на головы роняют
Пульсирует вода
И выбиваясь стоном из асфальтных пор
Нутра
Больной и скомканной придуманной вселенной
(Земли, где для него ни места нет, ни памяти,
Ни бутерброда из заветренного сыра
И срезанного криво тупорылым найфом
Куска батона – мягкотелый пласт!)
Смывает лист календаря измятым и замученным солдатом
В окопы, в грязь.
Хромые сентябри, забытый май в трамвае
Часы, минуты - дней недели сток
И каждое окно горит как на пожаре
На фоне небосклона кирпичей
И каждый дом все давится жильцами
Их судьбами, икеей в душных спальнях
(Там сны воруют жизни)
И еще
Там пазлы собирают дети маме
Потом кусок от лего колит в бок.
Убит вчерашний день, надрез на горле – больно!
Зазубренной иллюзией-мечтой
Открыл глаза - уже младенец вторник
Орет, предчувствуя
Стремительный уход
В небытие
До новой нервотрепки
Дай только срок -
Воскресный день утоп, а понедельник
Скоро тоже сдохнет
И снова этот крик! (китайский писк не в счет)
Беги, пока бежишь, малыш, малышка, дарлинг
Плыви, пока не тонешь- раззз, гребок!
Еще один, еще один, еще
Любовь как остров
В океане безымянном
Но ты доплыл - песочек ничего
Кокос не свеж – плевать
Лежишь
И время вспять.
Все слова, что я знал, — я уже произнес.
Нечем крыть этот гроб-пуховик.
А душа сколько раз уходила вразнос,
столько раз возвращалась. Привык.
В общем. Царствие, брат, и Небесное, брат.
Причастись необманной любви.
Слышишь, вечную жизнь православный обряд
обещает? — на слове лови.
Слышишь, вечную память пропел-посулил
на три голоса хор в алтаре
тем, кто ночь продержался за свой инсулин
и смертельно устал на заре?
Потерпеть, до поры не накладывать рук,
не смежать лиловеющих век —
и широкие связи откроются вдруг,
на Ваганьковском свой человек.
В твердый цент переводишь свой ломаный грош,
а выходит — бессмысленный труд.
Ведь могильщики тоже не звери, чего ж,
понимают, по курсу берут.
Ты пришел по весне и уходишь весной,
ты в иных повстречаешь краях
и со строчной отца, и Отца с прописной.
Ты навеки застрял в сыновьях.
Вам не скучно втроем, и на гробе твоем,
чтобы в грех не вводить нищету,
обломаю гвоздики — известный прием.
И нечетную розу зачту.
1995
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
