мальчик, срывающий взглядом все-все фрукты, -
видишь - исходишь слюной, словно сучка в течке,
думаешь: вместо бы ветра играл грудью,
вёл бы тебя по небу на уздечке...
мальчик-опасное лезвие - сам воздух
хмуро идёт под себя, а потом удавкой
комкает шею...
давишь в себе возглас,
шёпотокрик... а сердце - сплошная мякоть...
руки к рукам тянутся, пояс рвётся.
тёмный манок глаз - темнота в топях...
так себе ищут мамку в больном сиротстве,
так в себе предают золотой опыт,
так себя подают на подстилке-блюде
и распускают после на ветер, дуру,
тянут в себя оптом дымок лютый,
зеркалу говорят: "соберись, курва-
тряпка на грани сетки, какого чёрта!
чёрствый глотай через силу...
...когда маком
сыплются ночи, вспомнит ли он, что ты -
тёплая абрикосовая мякоть?"
В Свердловске живущий,
но русскоязычный поэт,
четвёртый день пьющий,
сидит и глядит на рассвет.
Промышленной зоны
красивый и первый певец
сидит на газоне,
традиции новой отец.
Он курит неспешно,
он не говорит ничего
(прижались к коленям его
печально и нежно
козлёнок с барашком),
и слёз его очи полны.
Венок из ромашек,
спортивные, в общем, штаны,
кроссовки и майка —
короче, одет без затей,
чтоб было не жалко
отдать эти вещи в музей.
Следит за погрузкой
песка на раздолбанный ЗИЛ —
приёмный, но любящий сын
поэзии русской.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
