Так в детстве - в спину - и в асфальт... Но в де...
гримасы на коленях - проходящи...
А ты сейчас - в доверчивость...
Косит
на нас-не-нас раздельный чёрный ящик.
Платок для носа. И платок для рук
(терзать его, как птенчика - ребёнок...)
Висит звезда: для нежности - и крюк,
и гильотина.
Ветер, как дальтоник,
сбивается о твой "зелёный" про... -
твой прочерк. Ни словечка. Камень в "верю".
(как пальцы сжать, чтоб срезанной горой
не бегали за магометом-дверью?!)
Предательство - улыбкой на восток.
Уколы в честность - чёрненьким горошком...
В глазах першит карминовый песок,
отжатый из кровавящей дорожки
луны, в которой ты рисуешь пол-
луны на отъеданье теоремы
про то, как я в каштан твой бьюсь, как моль,
прозрачно не входящая в гаремный
огромный гардероб агатных слов,
стирающих со лба морщинки-копья.
Предательство - увязшее весло
в мешочке, раздрожавшемся синкопно.
Улыбка - по рассылке. Но не мне.
Руины стен китайских между пауз
в холодной трубке.
Раненый олень-
часы, засунувший секунду, словно палец,
поглубже в горло - не хрипеть...
(но взгляд...
А твой - в комок сторон, на все четыре...)
...халат из чёрных всмятку лебедят.
Нависшей люстры страшная секира.
Желейные мурашки-сорняки -
сквозь кожу недобитого отродья...
Журчание нестиснутой руки
об омуты стола.
Ремень короткий
с намордником, повесившимся на
улыбке на востоки ядовитой.
И слышно, как во рту горит слюна,
смакуя-повторяя речь повидла
булавок вместо "Тшшшшш...."
А ночь - легка
для преданных молчанием и снегом...
Размешивая ложкой облака,
над головой ручища дровосека-
фонарщика роняет пенку на
глаза (чтоб утром - красные...)
И в вате
ночных кошмаров - битого стекла
оскольчики, и гильзы, и цитаты,
и рёв гудков - идут, как океан -
на сушу, или как на смерть - солдаты...
Назначь мне свиданье
на этом свете.
Назначь мне свиданье
в двадцатом столетье.
Мне трудно дышать без твоей любви.
Вспомни меня, оглянись, позови!
Назначь мне свиданье
в том городе южном,
Где ветры гоняли
по взгорьям окружным,
Где море пленяло
волной семицветной,
Где сердце не знало
любви безответной.
Ты вспомни о первом свидании тайном,
Когда мы бродили вдвоем по окраинам,
Меж домиков тесных,
по улочкам узким,
Где нам отвечали с акцентом нерусским.
Пейзажи и впрямь были бедны и жалки,
Но вспомни, что даже на мусорной свалке
Жестянки и склянки
сверканьем алмазным,
Казалось, мечтали о чем-то прекрасном.
Тропинка все выше кружила над бездной...
Ты помнишь ли тот поцелуй
поднебесный?..
Числа я не знаю,
но с этого дня
Ты светом и воздухом стал для меня.
Пусть годы умчатся в круженье обратном
И встретимся мы в переулке Гранатном...
Назначь мне свиданье у нас на земле,
В твоем потаенном сердечном тепле.
Друг другу навстречу
по-прежнему выйдем,
Пока еще слышим,
Пока еще видим,
Пока еще дышим,
И я сквозь рыданья
Тебя заклинаю:
назначь мне свиданье!
Назначь мне свиданье,
хотя б на мгновенье,
На площади людной,
под бурей осенней,
Мне трудно дышать, я молю о спасенье...
Хотя бы в последний мой смертный час
Назначь мне свиданье у синих глаз.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
