С кошачьей грацией растёкся туман по серому паркету
Воды пушистой белой звЕрью. Неведомой и мягкой-мягкой,
Почти незримой влажной лапой скребёт каменья и к ответу
Призвать пытается баклана. Сидит баклан, лететь не хочет –
Звериный мех заполнил небо, не всё, но то, что над стеклянной
Натянутой рябой водою, всё в белых вспушенных шерстинках,
Летать внутри такого дела – себя угробить, не иначе.
И чайки плачут и хохочут, в тумане вязнут и смолкают,
И тонут клювы в белой вате, а звуки тот туман съедает
Лохматой влажной белой пастью, глотает тихо, планомерно.
По склонам гор течёт неспешно, огнетушительно, лениво
Стена из белого ватина. Но словно время поломалось,
В часах туман завяз, и стрелки, и шестерёнки, ход замедлив,
Опасно встали. Всё затихло. Величественно, бесконечно
Идут, как будто проплывают, пушистые большие звери,
Из мезозойных лет выходят, в провал шагают величаво,
И столь глобально это действо, что всё смолкает в ожиданьи,
Когда пройдёт колонна меха, собой заполнившая небо,
С неслышной грацией драконов, покрытых белым влажным светом.
Да где же женщина?
Девица в такой туман – само искусство
Быть соблазнительно-жеманной. И исчезать в белёсых далях
Великолепно и роскошно, как будто сахарный корабль,
Сходить со стапелей в пучину.
Неужто это непонятно? :)
На прощанье - ни звука.
Граммофон за стеной.
В этом мире разлука -
лишь прообраз иной.
Ибо врозь, а не подле
мало веки смежать
вплоть до смерти. И после
нам не вместе лежать.
II
Кто бы ни был виновен,
но, идя на правЈж,
воздаяния вровень
с невиновными ждешь.
Тем верней расстаемся,
что имеем в виду,
что в Раю не сойдемся,
не столкнемся в Аду.
III
Как подзол раздирает
бороздою соха,
правота разделяет
беспощадней греха.
Не вина, но оплошность
разбивает стекло.
Что скорбеть, расколовшись,
что вино утекло?
IV
Чем тесней единенье,
тем кромешней разрыв.
Не спасет затемненья
ни рапид, ни наплыв.
В нашей твердости толка
больше нету. В чести -
одаренность осколка
жизнь сосуда вести.
V
Наполняйся же хмелем,
осушайся до дна.
Только емкость поделим,
но не крепость вина.
Да и я не загублен,
даже ежели впредь,
кроме сходства зазубрин,
общих черт не узреть.
VI
Нет деленья на чуждых.
Есть граница стыда
в виде разницы в чувствах
при словце "никогда".
Так скорбим, но хороним,
переходим к делам,
чтобы смерть, как синоним,
разделить пополам.
VII
...
VIII
Невозможность свиданья
превращает страну
в вариант мирозданья,
хоть она в ширину,
завидущая к славе,
не уступит любой
залетейской державе;
превзойдет голытьбой.
IX
...
X
Что ж без пользы неволишь
уничтожить следы?
Эти строки всего лишь
подголосок беды.
Обрастание сплетней
подтверждает к тому ж:
расставанье заметней,
чем слияние душ.
XI
И, чтоб гончим не выдал
- ни моим, ни твоим -
адрес мой храпоидол
или твой - херувим,
на прощанье - ни звука;
только хор Аонид.
Так посмертная мука
и при жизни саднит.
1968
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
