меня сегодня убили
лежу и смотрю сверху на засыхающие пятна
в каждой руке по трех килограммовой гире
каждый рот произносит что-то невнятное
долго лежу, кому-то понадобился мой контур –
забыли очертить ту, что сверху
и вот он – два рога, вместо хвоста шнур
картавит и посыпает перхотью
«я» - говорит – «пгышол за тобой,
у нас сегодня четвегг, день гыбный
свагим с пегловой кгупой –
котёл с анипгигагным покгытием, не заклинит»
мне чота скверно стало на душе –
неровно обрисовали
да ешё на моих костях устроят фуршет
в тронном зале
да фиг с ним, какую-нибудь надпись оставлю –
будут помнить только соратники по Интернету
пусть даже по имени Салли
или по неправильной челюсти черепа скелета
будут нервно курить, стряхивать пепел на клавиатуру
вздыхать о тупом клоуне,
типичной дуре
и мне от этого немного спокойнее
Она пришла с мороза,
Раскрасневшаяся,
Наполнила комнату
Ароматом воздуха и духов,
Звонким голосом
И совсем неуважительной к занятиям
Болтовней.
Она немедленно уронила на пол
Толстый том художественного журнала,
И сейчас же стало казаться,
Что в моей большой комнате
Очень мало места.
Всё это было немножко досадно
И довольно нелепо.
Впрочем, она захотела,
Чтобы я читал ей вслух "Макбета".
Едва дойдя до пузырей земли,
О которых я не могу говорить без волнения,
Я заметил, что она тоже волнуется
И внимательно смотрит в окно.
Оказалось, что большой пестрый кот
С трудом лепится по краю крыши,
Подстерегая целующихся голубей.
Я рассердился больше всего на то,
Что целовались не мы, а голуби,
И что прошли времена Паоло и Франчески.
6 февраля 1908
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
