Это форменное издевательство над формой.
Вы все воняете сыром, рыбой и дешевым парфюмом.
Я помню, как кто-то из вас блевал за ЦУМом
в тот день, когда замдекана, носящая черный,
предлагала мне секс и начинать учить идиш.
Ты оглох. Ты ослеп. Ты ничего не видишь.
Я хочу, чтобы ты поскорее умер,
и некому было больше давить на зуммер,
звонить по телефону или дробить перфом стену.
Это шутка и это жутко. И нецелесообразно.
Я иду, попирая ногами пену.
Я не хочу избежать соблазна
растратить себя, шагая.
Купаясь среди наяд.
Это единственный способ хранить себя, дорогая.
Так говорят.
Река валяет дурака
и бьет баклуши.
Электростанция разрушена. Река
грохочет вроде ткацкого станка,
чуть-чуть поглуше.
Огромная квартира. Виден
сквозь бывшее фабричное окно
осенний парк, реки бурливый сбитень,
а далее кирпично и красно
от сукновален и шерстобитен.
Здесь прежде шерсть прялась,
сукно валялось,
река впрягалась в дело, распрямясь,
прибавочная стоимость бралась
и прибавлялась.
Она накоплена. Пора иметь
дуб выскобленный, кирпич оттертый,
стекло отмытое, надраенную медь,
и слушать музыку, и чувствовать аортой,
что скоро смерть.
Как только нас тоска последняя прошьет,
век девятнадцатый вернется
и реку вновь впряжет,
закат окно фабричное прожжет,
и на щеках рабочего народца
взойдет заря туберкулеза,
и заскулит ошпаренный щенок,
и запоют станки многоголосо,
и заснует челнок,
и застучат колеса.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
