Ох, сирота я - сирота,
Горький сиротиночка.
На выходной к родне ушла
Симпатюлька-милочка.
И я не пью теперь компот -
Он мне горьким кажется,
Подвело совсем живот (вот),
А она не кажется!
Вчера хотел уж согрешить,
К соседочке пристроился,
Но друг её мне говорит:
"Прошу не беспокоиться!".
Ой, друзья мои, друзья,
Войдите в положение -
Ведь зацелую её я
До изнеможения.
И вот, когда она поймёт,
В чём главный курс лечения,
Сама скорей к врачу пойдёт,
Попросит назначение.
А если всё же не пойдёт?
То, мне лишь остаётся
Шагнуть под душ Шарко, и влёт
Пусть сердце разорвётся.
Шагну под душ...
Ой, нет - идёт!
Я ж верил, что вернётся.
Я верил, что вернётся...
Я верил, что вернётся.
Я знал... ко мне вернётся.
А здесь жила Петрова. Не могу
припомнить даже имени. Ей-Богу.
Покажется, наверное, что лгу,
а я – не помню. К этому порогу
я часто приближался на бегу,
но только дважды... Нет, не берегу
как память, ибо если бы помногу,
то вспомнил бы... А так вот – ни гу-гу.
Верней, не так. Скорей, наоборот
все было бы. Но нет и разговору
о чем-то ярком... Дьявол разберет!
Лишь помню, как в полуночную пору,
когда ворвался муж, я – сумасброд -
подобно удирающему вору,
с балкона на асфальт по светофору
сползал по-рачьи, задом наперед.
Теперь она в милиции. Стучит
машинкою. Отжившие матроны
глядят в окно. Там дерево торчит.
На дереве беснуются вороны.
И опись над кареткою кричит:
«Расстрелянные в августе патроны».
Из сумки вылезают макароны.
И за стеной уборная журчит.
Трагедия? О если бы.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
