что с нами будет
мой господин мой иисус мой иуда
когда отпирая тяжелый засов
мы выпускаем тысячи слов
и вот они, повсюду
ты конечно напишешь свой лучший стих
я напишу сотни нелучших стихов
все будут хлопать а я отмахиваться от сов
буду
они превратятся в груду и лягут мне на грудь
знаешь мне по-прежнему тяжело уснуть
ночами, когда моя оболочка ищет смыслы
а я просто - зависла
и не дышу
но усердно по пыльным кнопкам тебе пишу
знаешь в этом смешном мире где я никто и никак
мне иногда кажется что его придумал какой-то чудак
где на краешке вселенной как на тонкой струне
он жонглирует днями позабыв обо мне
я все ждала ждала да устала ждать
раз есть сотни слов - значит их нужно писать
без эмоций, пыльной клавиатурой шурша
улыбается тот, чья бессмертна душа
а меня все чаще накрывает страх
что с нами будет
потом меня будит мой то ли будда то ли кришна то ли аллах
и вокруг - люди
За окошком свету мало,
белый снег валит-валит.
Возле Курского вокзала
домик маленький стоит.
За окошком свету нету.
Из-за шторок не идет.
Там печатают поэта —
шесть копеек разворот.
Сторож спит, культурно пьяный,
бригадир не настучит;
на машине иностранной
аккуратно счетчик сбит.
Без напряга, без подлянки
дело верное идет
на Ордынке, на Полянке,
возле Яузских ворот...
Эту книжку в ползарплаты
и нестрашную на вид
в коридорах Госиздата
вам никто не подарит.
Эта книжка ночью поздней,
как сказал один пиит,
под подушкой дышит грозно,
как крамольный динамит.
И за то, что много света
в этой книжке между строк,
два молоденьких поэта
получают первый срок.
Первый срок всегда короткий,
а добавочный — длинней,
там, где рыбой кормят четко,
но без вилок и ножей.
И пока их, как на мине,
далеко заволокло,
пританцовывать вело,
что-то сдвинулось над ними,
в небесах произошло.
За окошком света нету.
Прорубив его в стене,
запрещенного поэта
напечатали в стране.
Против лома нет приема,
и крамольный динамит
без особенного грома
прямо в камере стоит.
Два подельника ужасных,
два бандита — Бог ты мой! —
недолеченных, мосластых
по Шоссе Энтузиастов
возвращаются домой.
И кому все это надо,
и зачем весь этот бред,
не ответит ни Лубянка,
ни Ордынка, ни Полянка,
ни подземный Ленсовет,
как сказал другой поэт.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
