А мне приснится сон сегодня, будто мы вдвоём
взмоем в небо, облака в эту пору самые спелые
а ты возьмёшь и догонишь на пурпурно-лиловом своём
моё белое-белое...
Твоё мякгосладковатное, моё накрахмаленноажурное
будем так летать, потом остановимся у какой-то двери мы,
там нам скажут, что ли на месте нет дежурного,
и что-то про ключ потерянный...
а к полудню тепло станет жарой и перестанет радовать,
покружим и нырнём в тучку первую же пригодную,
А солнышко будет нас бранить: "Бесенята вы,
там же вода холодная..."
И тогда мы обязательно оба простудимся,
и закутаем друг другу шарфиком горлышко,
ты меня будешь заботливо натирать уксусом,
а я тебя водочкой...
Потом целебными будем лечиться отварами,
и очень быстро выздоровеем, конечно же,
и уже никогда-никогда не станем старыми,
только вечными...
Вот приснится мне этот сон, тут же сделаю копию,
а то кручу одну и ту же старую кассету с ним,
там в названии про то, что любовь и есть Мобиле
Перпетуум...
Я волком бы
выгрыз
бюрократизм.
К мандатам
почтения нету.
К любым
чертям с матерями
катись
любая бумажка.
Но эту...
По длинному фронту
купе
и кают
чиновник
учтивый
движется.
Сдают паспорта,
и я
сдаю
мою
пурпурную книжицу.
К одним паспортам —
улыбка у рта.
К другим —
отношение плевое.
С почтеньем
берут, например,
паспорта
с двухспальным
английским левою.
Глазами
доброго дядю выев,
не переставая
кланяться,
берут,
как будто берут чаевые,
паспорт
американца.
На польский —
глядят,
как в афишу коза.
На польский —
выпяливают глаза
в тугой
полицейской слоновости —
откуда, мол,
и что это за
географические новости?
И не повернув
головы кочан
и чувств
никаких
не изведав,
берут,
не моргнув,
паспорта датчан
и разных
прочих
шведов.
И вдруг,
как будто
ожогом,
рот
скривило
господину.
Это
господин чиновник
берет
мою
краснокожую паспортину.
Берет -
как бомбу,
берет —
как ежа,
как бритву
обоюдоострую,
берет,
как гремучую
в 20 жал
змею
двухметроворостую.
Моргнул
многозначаще
глаз носильщика,
хоть вещи
снесет задаром вам.
Жандарм
вопросительно
смотрит на сыщика,
сыщик
на жандарма.
С каким наслажденьем
жандармской кастой
я был бы
исхлестан и распят
за то,
что в руках у меня
молоткастый,
серпастый
советский паспорт.
Я волком бы
выгрыз
бюрократизм.
К мандатам
почтения нету.
К любым
чертям с матерями
катись
любая бумажка.
Но эту...
Я
достаю
из широких штанин
дубликатом
бесценного груза.
Читайте,
завидуйте,
я -
гражданин
Советского Союза.
1929
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
Авторизация
Камертон
