Не ной, зато не сыро и тепло
Почти,
как может быть тепло под ветром,
Глотающим узлы и мили, метры,
И веющим на стяг: - Взбодрись, трепло!
Лети, мой дом, по глади тёмных вод
Пугай плотву коробящейся тенью,
Сливайся в глубь бесформенным виденьем,
Как вглубь себя ныряет идиот
За истиной, что кроется в враче.
Иду к себе со страхом неприязни
Столкнуться с пустотой и без-образьем.
Держи меня, мой призрачный ковчег.
Отцы пустынники и жены непорочны,
Чтоб сердцем возлетать во области заочны,
Чтоб укреплять его средь дольних бурь и битв.
Сложили множество божественных молитв;
Но ни одна из них меня не умиляет,
Как та, которую священник повторяет
Во дни печальные Великого поста;
Всех чаще мне она приходит на уста
И падшего крепит неведомою силой:
Владыко дней моих! Дух праздности унылой,
Любоначалия, змеи сокрытой сей,
И празднословия не дай душе моей.
Но дай мне зреть мои, о боже, прегрешенья,
Да брат мой от меня не примет осужденья,
И дух смирения, терпения, любви
И целомудрия мне в сердце оживи.
1836
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
