С небесного, мятежного холста
свинцовых птиц впущу в скворечник сердца.
Мы - поздние весны переселенцы:
по звукам и шагам, из уст в уста.
Бежим? Пока не захлестнула блажь
людских, игольных, тонких пересудов,
пока не превратили в кукол вуду,
пока костер не ведает поклаж
из наших тел… И мне не страшно, милый,
что время сушит весла на корме,
что лето – это памятник зиме,
что «Будет» – приложение к тОму «Было»…
Зато, какой чудесный переплет,
и мы в него заведомо попали.
Мне все равно куда, в какие дали,
летит бумажный этот самолет.
Нам на таможне душу разменяй -
слей две в одну и … выше…неба выше…
А маленький, крылатый негодяй
пусть щурится на скользкой кромке крыши…
"по звукам и шагам, из уст в уста.
Бежим?-Как это?Мне кажется стихотворение построено на противоречии образов.Прекрасных образов стоящие в очереди,не зная зачем эта очередь."Маленький крылатый негодяй,щурится"Отчего?и почему негодяй?
Неужели я настолько тупой,что не могу понять Вашу поэзию? Спасибо и извините за наивность моих вопросов
абсолютно очаровательное, а анализ тут лишний, что всё анализировать, мы лаборанты?
кому сложновато- пусть расписание поездов читает.)
Расписание поездов сейчас читаю я)
Всем привет из Ессентуков!
Я всегда внимаю умным советам.Спасибо.
Вы всегда прибедняетесб в поэтических кущах с берданкой наперевес.)))
И Вы верите в то,что сказали?"Скромность украшает человека"-Я всегда придерживаюсь этого правила.:"Если хочешь быть господином нашим,будь рабом нашим"-это моё кредо,это моя суть.В поэтическом плане Вы меня обрисовали верно(я думаю),за исключением некоторых деталей(как отношение к женщинам),а вот заглянуть в душу,отводя взгляд,не получилось.Нет, я Вас не сужу
и не осуждаю.Каждый рассуждает в меру своей испорченности.Удачи Вам,Хелли.
.
думаю, что вам она нужнее.)))
Думать не запрещено,отказываться не корректно,в следующий раз могут и не подать
прямо Ахмадулина
ну,пряммм
это с чего возникла ассоциация?)
с ПРОчтения
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
За то, что я руки твои не сумел удержать,
За то, что я предал соленые нежные губы,
Я должен рассвета в дремучем акрополе ждать.
Как я ненавижу пахучие древние срубы!
Ахейские мужи во тьме снаряжают коня,
Зубчатыми пилами в стены вгрызаются крепко;
Никак не уляжется крови сухая возня,
И нет для тебя ни названья, ни звука, ни слепка.
Как мог я подумать, что ты возвратишься, как смел?
Зачем преждевременно я от тебя оторвался?
Еще не рассеялся мрак и петух не пропел,
Еще в древесину горячий топор не врезался.
Прозрачной слезой на стенах проступила смола,
И чувствует город свои деревянные ребра,
Но хлынула к лестницам кровь и на приступ пошла,
И трижды приснился мужам соблазнительный образ.
Где милая Троя? Где царский, где девичий дом?
Он будет разрушен, высокий Приамов скворешник.
И падают стрелы сухим деревянным дождем,
И стрелы другие растут на земле, как орешник.
Последней звезды безболезненно гаснет укол,
И серою ласточкой утро в окно постучится,
И медленный день, как в соломе проснувшийся вол,
На стогнах, шершавых от долгого сна, шевелится.
Ноябрь 1920
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.