Мой Бог, какая отметель зимой:
ресницы отряхают звонко льдинки
и в белой пляске мечутся крупинки,
и дождь из конфетти почти грибной.
Неотличимы ночью фонари
от погнутых заботами прохожих
(на переростков-леммингов похожих),
застывших нервно…
Всюду декабри
пытаются вернуть привычный голод,
вспузыренный ногами серый солод
и густоту накрышных пелерин.
Заманивает снежная напасть
в незапертую темень подворотен
любовников дрожащих.
Мимоходен
и лёгок пыл,
раз некуда упасть
и тело утолить.
………………………До лучших дней
Личинками в морщины подсугробья
Забьются на исходе лёта дробью
Под шкурами откормленных зверей.
А напоследок я скажу:
прощай, любить не обязуйся.
С ума схожу. Иль восхожу
к высокой степени безумства.
Как ты любил? Ты пригубил
погибели. Не в этом дело.
Как ты любил? Ты погубил,
но погубил так неумело.
Жестокость промаха... О, нет
тебе прощенья. Живо тело
и бродит, видит белый свет,
но тело мое опустело.
Работу малую висок
еще вершит. Но пали руки,
и стайкою, наискосок,
уходят запахи и звуки.
1960
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
