Краснею, теряюсь, не знаю, о чём говорить,
и просто тупею как школьница перед контрольной,
я вывожу на листке неземной иероглиф,
я создаю волшебство, я пишу манускрипт.
Вот две прикольные рожицы,
сказка красивая сложится
и между нами, смотри-ка, откуда-то плюс…
А где-то за знаком равенства
ждут колдовство и таинство.
Я уже знаю, что там я, конечно, влюблюсь!
Я так наивно хочу и бокал и свечу,
хочешь пирожное, трубочку или картошку?
Наши следы на снегу - и мы не понарошку!
Дай-ка мне прутик, смотри, я на белом черчу…
Ты узнаёшь эти рожицы?
Сказка красивая сложится,
а между нами сам как-то подставился плюс …
И точно, за знаком равенства
ждут колдовство и таинство,
там мы с тобою друг другу подарим «люблю»
Мы как первоклашки и нам не знаком ещё икс,
ты для меня ученик, я твоя ученица,
как замирает от этого всё и искрится,
звёзды, и те нам решили устроить сюрприз
Там как созвездья две рожицы,
сказка красивая сложится,
ведь между ними сверкает из звездочек плюс…
В той сказке за знаком равенства
ждут колдовство и таинство –
вместе на «раз» (только честно) мы шепчем «люблю»!
Долетит мой ковёр-самолёт
из заморских краев корабельных,
и отечества зад наперёд —
как накатит, аж слёзы на бельмах.
И, с таможней разделавшись враз,
рядом с девицей встану красавой:
— Всё как в песне сложилось у нас.
Песне Галича. Помнишь? Той самой.
Мать-Россия, кукушка, ку-ку!
Я очищен твоим снегопадом.
Шапки нету, но ключ по замку.
Вызывайте нарколога на дом!
Уж меня хоронили дружки,
но известно крещёному люду,
что игольные ушки узки,
а зоилу трудней, чем верблюду.
На-кась выкуси, всякая гнусь!
Я обветренным дядей бывалым
как ни в чём не бывало вернусь
и пройдусь по знакомым бульварам.
Вот Охотный бахвалится ряд,
вот скрипит и косится Каретный,
и не верит слезам, говорят,
ни на грош этот город конкретный.
Тот и царь, чьи коровы тучней.
Что сказать? Стало больше престижу.
Как бы этак назвать поточней,
но не грубо? — А так: НЕНАВИЖУ
загулявшее это хамьё,
эту псарню под вывеской «Ройял».
Так устроено сердце моё,
и не я моё сердце устроил.
Но ништо, проживём и при них,
как при Лёне, при Мише, при Грише.
И порукою — этот вот стих,
только что продиктованный свыше.
И ещё. Как наследный москвич
(гол мой зад, но античен мой перед),
клевету отвергаю: опричь
слёз она ничему и не верит.
Вот моя расписная слеза.
Это, знаешь, как зёрнышко риса.
Кто я был? Корабельная крыса.
Я вернулся. Прости меня за...
1995
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
