Не планирую я гениальных открытий,
Вы, читатели, строго с меня не взыщите,
Что науками точными слабо владею,
Эй! Ученые, где вы? Ловите идею.
Вот смотрю на знакомую с детства таблицу -
Может быть, и с людьми может так получиться?
Менделеев простит, если что-то нарушив,
Разложу по рядам, как по полочкам, души.
Скажем, в клеточках вместо простых элементов,
Просто люди. Есть множество общих моментов
Между свойствами тех, что таблица итожит,
И людьми, что натурой на них так похожи.
О, какое коварство вложила природа
В легковесно-прозрачную суть водорода!
Вот такой незаметненько вроде живет,
Не понравится что-то, взорвется – убьет.
Облеченная властью сидит на приеме,
Выдает то, что думает в полном объеме,
Никого из народа не видит в упор,
Рот откроет – держись! Не характер, а хлор.
Безразличен, тяжел, он и вял, и ленив,
Все ему пополам – позитив, негатив,
Его место в таблице - инертный xenon,
Про таких говорят: "толстокожий, как слон".
Или взять, например, основные металлы -
Хороши, да связаться спешат, с чем попало,
Так же и у людей - кто на "подвиги" падок,
В результате, увы, "выпадает в осадок".
Только золото гордое дышит свободно,
Грязь не липнет к нему – ведь оно благородно.
Благородными, правда, земля небогата,
На вес золота ценятся эти ребята.
И, казалось бы, всё - все ячейки забиты,
Но рождаются те, что еще не открыты,
Для таких жизнь - вспышка, и смерть – не преграда,
Ведь у гения краток период распада.
----------------------------------------------
Есть из правил сухих исключенье одно,
И законам таблиц неподвластно оно:
Если только любовь запоёт серенаду,
"Элемент" на глазах выпадает из ряда…
Уж не за мной ли дело стало?
Не мне ль пробьет отбой? И с жизненной бразды
Не мне ль придется снесть шалаш мой и орало
И хладным сном заснуть до утренней звезды?
Пока живется нам, всё мним: еще когда-то
Нам отмежует смерть урочный наш рубеж;
Пусть смерть разит других, но наше место свято,
Но жизни нашей цвет еще богат и свеж.
За чудным призраком, который всё нас манит
И многое еще сулит нам впереди,
Бежим мы - и глаза надежда нам туманит,
И ненасытный пыл горит у нас в груди.
Но вот ударит час, час страшный пробужденья;
Прозревшие глаза луч истины язвит,
И призрак - где ж его и блеск, и обольщенья? -
Он, вдруг окостенев, как вкопанный стоит,
С закрытого лица подъемлет он забрало -
И видим мы не жизнь, а смерть перед собой.
Уж не за мной ли дело стало?
Теперь не мне ль пробьет отбой?
<1845>
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
