Так быстро
утро переходит в ночь
сквозь шумный день,
столь непонятный смыслом
своим, который требует – пророчь,
пророк
в своём улусе, безнадёжно кислом
от скользкой бахромы
по колеям хромых
дорог
Пьян этим утром
как вином игристым,
я вижу – эти хляби, эти выси,
дрожащие в нерегулярном свете
ночными стёклами
как лунный холодец,
нарезаны под нестандартный винт,
что держит голову на взбалмошном поэте,
когда её уже не держит бинт,
намотанный вокруг да около
восьми его сердец,
пережимая чакры.
Те и эти
но всё равно –
слетает голова,
свечной слезой приклеена едва
к плечам.
Так быстро.
Почему так быстро?
На четверых нетронутое мыло,
Семейный день в разорванном кругу.
Нас не было. А если что и было –
Четыре грустных тени на снегу.
Там нож упал – и в землю не вонзится.
Там зеркало, в котором отразиться
Всем напряженьем кожи не смогу.
Прильну зрачком к трубе тридцатикратной –
У зрения отторгнуты права.
Где близкие мои? Где дом, где брат мой
И город мой? Где ветер и трава?
Стропила дней подрублены отъездом.
Безумный плотник в воздухе отвесном
Огромные расправил рукава.
Кто в смертный путь мне выгладил сорочку
И проводил медлительным двором?
Нас не было. Мы жили в одиночку.
Не до любви нам было вчетвером.
Ах, зеркало под суриком свекольным,
Безумный плотник с ножиком стекольным,
С рулеткой, с ватерпасом, с топором.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
