Вот так я писала в юности (не сохранилось) и в начале творческой реинкарнации.
Я не в ответе, что нужны цари
----
Мы подбираем с пола сухари,
Нас кормят и пасут. И очевидно,
Не я в ответе, что нужны цари,
И что царям необходимо быдло.
Я не в ответе за ходы ферзей,
На пешечное мясо сбили цену.
И вот уже не худших из друзей
Обстадила и сбыдлила система.
Наш путь ведет на жертвенный алтарь
В традициях военного парада.
Царь не в ответе, кто в России царь,
Он лишь баран, е**щий это стадо.
Но вдруг заблеяла очередная тварь,
Которую тащили на заклание:
"Я не в ответе, кто в России царь!"
Но кто услышит это покаяние?
Нам
---
Я - потомок двух разных религий и трёх партбилетов,
и родителей некрещёных, необращённых, разведённых.
Дитя счастливого строя, песня которого спета.
Омут-юность перестройная, алкогольная, по талонам.
Мы, обучившиеся на всех и вся повсеместно класть,
отслужившие, откосившие воистину и во славу.
Факт - последние комсомольцы, вступающие во власть.
Поздравляю, моё поколение, ты начинаешь править!
Сколько разных гражданств в одном зазубренном Лукоморье,
наградившем наивных нас сбычей мечт джинсо-жвачно-колбасных!
А помните азарт на бурных уроках истории,
после того, как кто-то первым произносил: "Не согласен!"?
Мы - беруще-дающие, элита, прослойка, рабкласс.
Битые идеи и ценности, покоящиеся в утиле.
Думать нечем и лень, что где-то топор попал под компас,
нам, последним, кого вообще задумываться учили.
спокойно
---
Обжигающий ветер,
гарцующий стяг.
За идею, родимая братия!
Это сон - это явь,
это дикий октябрь,
одуряющий демократией.
С меткой "экстренно"
свежая кровь в новостях
топит залпы народных проклятий.
Наши ставки -
отчаянье,бунт и октябрь.
В кон, желающие демократий!
Всё на круги своя,
ибо совесть - культя,
равнодушие - славный каратель!
Спи спокойно в промозглом тумане октябрь -
демократ дрыхнет на демократе.
И снова рынок в заводских цехах
---
И снова рынок в заводских цехах,
И пала за углом библиотека.
И в городах всё развалилось нах!
И на селе не "му", ни "кукареку!"
Мы сдали бой не выходя на ринг,
Облившись липкой шоколадной толщей.
Словечек с окончаньем "ШН" и "ИНГ"
Всё больше,
больше,
больше,
больше,
больше...
"Скоро тринадцать лет, как соловей из клетки
вырвался и улетел. И, на ночь глядя, таблетки
богдыхан запивает кровью проштрафившегося портного,
откидывается на подушки и, включив заводного,
погружается в сон, убаюканный ровной песней.
Вот такие теперь мы празднуем в Поднебесной
невеселые, нечетные годовщины.
Специальное зеркало, разглаживающее морщины,
каждый год дорожает. Наш маленький сад в упадке.
Небо тоже исколото шпилями, как лопатки
и затылок больного (которого только спину
мы и видим). И я иногда объясняю сыну
богдыхана природу звезд, а он отпускает шутки.
Это письмо от твоей, возлюбленный, Дикой Утки
писано тушью на рисовой тонкой бумаге, что дала мне императрица.
Почему-то вокруг все больше бумаги, все меньше риса".
II
"Дорога в тысячу ли начинается с одного
шага, - гласит пословица. Жалко, что от него
не зависит дорога обратно, превосходящая многократно
тысячу ли. Особенно отсчитывая от "о".
Одна ли тысяча ли, две ли тысячи ли -
тысяча означает, что ты сейчас вдали
от родимого крова, и зараза бессмысленности со слова
перекидывается на цифры; особенно на нули.
Ветер несет нас на Запад, как желтые семена
из лопнувшего стручка, - туда, где стоит Стена.
На фоне ее человек уродлив и страшен, как иероглиф,
как любые другие неразборчивые письмена.
Движенье в одну сторону превращает меня
в нечто вытянутое, как голова коня.
Силы, жившие в теле, ушли на трение тени
о сухие колосья дикого ячменя".
1977
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
