из цикла "Ушельские хроники. персонаж Блиц-СИ (DAN)"
поток осознания
вот так нас всех поставят под ружьё и выведут толпой на середину.
а тех кто против с самолёта скинут, доказывать , что вечен лишь полёт.
расправишь крылья, - грязь с тебя сойдёт, крылатым быть нельзя наполовину.
но лучше по старинке быть в толпе, где ты почти невидим, недоступен,
где лица первых покрывают струпья. стреляют часто, в тех, кто громче пел,
они зачем - то лезут под прицел, «таких» толкают вверх, больнее лупят.
казалось бы, все беды стороной, стоять в толпе с ружьём не так и плохо,
но твой соратник справа вдруг заохал, и твой соратник слева не живой,
и ты уже почти что сам не свой, того кто впереди по дури грохнул.
за полчаса стрельбы в самих себя ( в агонии и брат пошёл на брата)
толпа слегла на землю бурой ватой, и только те безумные скорбят,
что стали неожиданно крылаты…
Мы живем, под собою не чуя страны,
Наши речи за десять шагов не слышны,
А где хватит на полразговорца,
Там припомнят кремлевского горца.
Его толстые пальцы, как черви, жирны,
И слова, как пудовые гири, верны,
Тараканьи смеются глазища
И сияют его голенища.
А вокруг него сброд тонкошеих вождей,
Он играет услугами полулюдей.
Кто свистит, кто мяучит, кто хнычет,
Он один лишь бабачит и тычет.
Как подкову, дарит за указом указ —
Кому в пах, кому в лоб, кому в бровь, кому в глаз.
Что ни казнь у него — то малина
И широкая грудь осетина.
Ноябрь 1933
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
