Замешана в лужах весна на ксилите -
опасный коктейль в полуполном стакане.
Утопит Амур в замороженном сите,
из детства бумажного в клетку, Титаник.
И вымыты окна и темы, - до скрипок,
до Баха, до всхлипа, до первого слога.
На ветке хлопочет небесный расстрига -
залётный скворец в оперении строгом.
Еще не согрета ни трёпом, ни блудом
скамейка, сутулится спинкой горбатой,
и мальчик старинное слово «паскуда»
ножом вырезает меж белых лопаток.
Но, спрятав сентябрь в рукава водостоков,
Врывается солнце в прилизанность улиц…
Выдумывать счастье – такая морока.
Воды в решето до краёв зачерпнулось…
Мама маршевую музыку любила.
Веселя бесчувственных родных,
виновато сырость разводила
в лад призывным вздохам духовых.
Видно, что-то вроде атавизма
было у совслужащей простой —
будто нет его, социализма,
на одной шестой.
Будто глупым барышням уездным
не собрать серебряных колец,
как по пыльной улице с оркестром
входит полк в какой-нибудь Елец.
Моя мама умерла девятого
мая, когда всюду день-деньской
надрывают сердце “аты-баты” —
коллективный катарсис такой.
Мама, крепко спи под марши мая!
Отщепенец, маменькин сынок,
самого себя не понимая,
мысленно берёт под козырёк.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
