Беременный пассажирами борт номер…
стирает колёсами полосатый бетон дорожки –
прибыли.
По трапу языка слюной вожделения стекают
орущие мамаши, дети, дядьки и я.
А шо ви хатели? Одесса-мама.
Телеграммой высылаю себя в центр.
Ви хотите историй? Их есть в каждой вулице,
просто читай названия, все они, как на ладони.
А море? Ты ж моё горе,
куда ни иди, придёшь к морю,
стаям портовых длинношеих птиц,
ожидающим суда с грузом,
белобоким яхтам
и ватерлиниям чёрных границ,
жёлтым пирогам пляжей
с шариками зонтов
и распластанными медузами пузом в песок.
Огромная духовка отпуска,
гриль на солнечной батарее –
жарит, печёт и греет.
Чтобы не пригорело, переворачивай тело,
вяло шлёпая ластами по полотенцу.
Жарко.
Бросаются в тёплый бульон
просолённые сухарики медуз,
тускло блестят осколки белья, дробятся в волнах.
Прокуренные пальцы ищут опору,
хватаются за бумагу с завёрнутым сором,
поджигают, вдыхают, коптятся изнутри,
испаряются отравляющей вонью…
- Га-а-ря-а-чая сладкая сахарная кукуру-у-у-за!
Налетай, не зевай!
Давай, обменяй бумажки на золотые початки,
в остатке – рыхлые жёлтые скелеты
на жёлтом песке. Гармония цвета.
Лето течёт водой сквозь рёбра минут,
стрелки неумолимо мотают круги –
длинная дистанция внезапно становится спринтом.
Дни спрессовываются в минуты и…
борт номер «отдых-домой»
ожидает посадки.
Сладко смаковать ощущения
солёного Солнца на коже.
Сладкая, сладкая кукуруза.
Зёрнышко за зёрнышком будешь вкушать
зимой лето.
ааабидна читать два раза то море видевшему за лето)))
зато теперь могу считать, шо три - искупала)))
морэ, морэ, кюшай-плавай))
хорошее у вас море
Хоть ты не из золотой орды, что признают мое право на трон, но я с удовольствием "всасываю" твою поэзию, ибо она Тотальная Поэзия! Удачи в видениях мыслеформ...я всегда буду РАД!
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
Лукоморья больше нет, от дубов простыл и след.
Дуб годится на паркет, — так ведь нет:
Выходили из избы здоровенные жлобы,
Порубили те дубы на гробы.
Распрекрасно жить в домах на куриных на ногах,
Но явился всем на страх вертопрах!
Добрый молодец он был, ратный подвиг совершил —
Бабку-ведьму подпоил, дом спалил!
Ты уймись, уймись, тоска
У меня в груди!
Это только присказка —
Сказка впереди.
Здесь и вправду ходит кот, как направо — так поет,
Как налево — так загнет анекдот,
Но ученый сукин сын — цепь златую снес в торгсин,
И на выручку один — в магазин.
Как-то раз за божий дар получил он гонорар:
В Лукоморье перегар — на гектар.
Но хватил его удар. Чтоб избегнуть божьих кар,
Кот диктует про татар мемуар.
Ты уймись, уймись, тоска
У меня в груди!
Это только присказка —
Сказка впереди.
Тридцать три богатыря порешили, что зазря
Берегли они царя и моря.
Каждый взял себе надел, кур завел и там сидел
Охраняя свой удел не у дел.
Ободрав зеленый дуб, дядька ихний сделал сруб,
С окружающими туп стал и груб.
И ругался день-деньской бывший дядька их морской,
Хоть имел участок свой под Москвой.
Ты уймись, уймись, тоска
У меня в груди!
Это только присказка —
Сказка впереди.
А русалка — вот дела! — честь недолго берегла
И однажды, как смогла, родила.
Тридцать три же мужика — не желают знать сынка:
Пусть считается пока сын полка.
Как-то раз один колдун - врун, болтун и хохотун, —
Предложил ей, как знаток бабских струн:
Мол, русалка, все пойму и с дитем тебя возьму.
И пошла она к нему, как в тюрьму.
Ты уймись, уймись, тоска
У меня в груди!
Это только присказка —
Сказка впереди.
Бородатый Черномор, лукоморский первый вор —
Он давно Людмилу спер, ох, хитер!
Ловко пользуется, тать тем, что может он летать:
Зазеваешься — он хвать — и тикать!
А коверный самолет сдан в музей в запрошлый год —
Любознательный народ так и прет!
И без опаски старый хрыч баб ворует, хнычь не хнычь.
Ох, скорей ему накличь паралич!
Ты уймись, уймись, тоска
У меня в груди!
Это только присказка —
Сказка впереди.
Нету мочи, нету сил, — Леший как-то недопил,
Лешачиху свою бил и вопил:
– Дай рубля, прибью а то, я добытчик али кто?!
А не дашь — тогда пропью долото!
– Я ли ягод не носил? — снова Леший голосил.
– А коры по сколько кил приносил?
Надрывался издаля, все твоей забавы для,
Ты ж жалеешь мне рубля, ах ты тля!
Ты уймись, уймись, тоска
У меня в груди!
Это только присказка —
Сказка впереди.
И невиданных зверей, дичи всякой — нету ей.
Понаехало за ней егерей.
Так что, значит, не секрет: Лукоморья больше нет.
Все, о чем писал поэт, — это бред.
Ну-ка, расступись, тоска,
Душу мне не рань.
Раз уж это присказка —
Значит, дело дрянь.
1966
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.