Беременный пассажирами борт номер…
стирает колёсами полосатый бетон дорожки –
прибыли.
По трапу языка слюной вожделения стекают
орущие мамаши, дети, дядьки и я.
А шо ви хатели? Одесса-мама.
Телеграммой высылаю себя в центр.
Ви хотите историй? Их есть в каждой вулице,
просто читай названия, все они, как на ладони.
А море? Ты ж моё горе,
куда ни иди, придёшь к морю,
стаям портовых длинношеих птиц,
ожидающим суда с грузом,
белобоким яхтам
и ватерлиниям чёрных границ,
жёлтым пирогам пляжей
с шариками зонтов
и распластанными медузами пузом в песок.
Огромная духовка отпуска,
гриль на солнечной батарее –
жарит, печёт и греет.
Чтобы не пригорело, переворачивай тело,
вяло шлёпая ластами по полотенцу.
Жарко.
Бросаются в тёплый бульон
просолённые сухарики медуз,
тускло блестят осколки белья, дробятся в волнах.
Прокуренные пальцы ищут опору,
хватаются за бумагу с завёрнутым сором,
поджигают, вдыхают, коптятся изнутри,
испаряются отравляющей вонью…
- Га-а-ря-а-чая сладкая сахарная кукуру-у-у-за!
Налетай, не зевай!
Давай, обменяй бумажки на золотые початки,
в остатке – рыхлые жёлтые скелеты
на жёлтом песке. Гармония цвета.
Лето течёт водой сквозь рёбра минут,
стрелки неумолимо мотают круги –
длинная дистанция внезапно становится спринтом.
Дни спрессовываются в минуты и…
борт номер «отдых-домой»
ожидает посадки.
Сладко смаковать ощущения
солёного Солнца на коже.
Сладкая, сладкая кукуруза.
Зёрнышко за зёрнышком будешь вкушать
зимой лето.
Мой герой ускользает во тьму.
Вслед за ним устремляются трое.
Я придумал его, потому
что поэту не в кайф без героя.
Я его сочинил от уста-
лости, что ли, еще от желанья
быть услышанным, что ли, чита-
телю в кайф, грехам в оправданье.
Он бездельничал, «Русскую» пил,
он шмонался по паркам туманным.
Я за чтением зренье садил
да коверкал язык иностранным.
Мне бы как-нибудь дошкандыбать
до посмертной серебряной ренты,
а ему, дармоеду, плевать
на аплодисменты.
Это, — бей его, ребя! Душа
без посредников сможет отныне
кое с кем объясниться в пустыне
лишь посредством карандаша.
Воротник поднимаю пальто,
закурив предварительно: время
твое вышло. Мочи его, ребя,
он — никто.
Синий луч с зеленцой по краям
преломляют кирпичные стены.
Слышу рев милицейской сирены,
нарезая по пустырям.
1997
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
