растянулась и крошится пылью здесь
мается, оплывает багровыми пятнами
думает часами что с этим делать – есть или не есть
и увеличивается в размерах пятикратно
под столом кто-то долго ходит и рвёт сметану
счастливого утра
здесь облизнёт окно чешуйчатым и рваным
языком,
заклеймит весом нетто, а лучше брутто
и оставит на потом фиолетовой обезьяне
отвечать на каждый шорох: кто тута
и проникать всеми фибрами в благополучное гетто
душевного спрута
сейчас подползает брюхом по стенам, смутно
помнит, как появилась вчера
и почему в сметане морда
кажется это случайность, думает сейчас
лезет ближе к небу столбик ртутный,
роняя остатки гусиного пера
в альбомный лист А4 Ворда
фиолетовая обезьяна просит предъявить аусвайс
у здесь только метрики, отец – прочерк
опекунша сейчас заявляет, что её имя – Грайс
быть потом она давно не хочет
и уходит вместе с прочими
потом становится её долгожданной дочерью
но это не точно –
ДНК обезьяны находят
в сметане счастливого утра
и приходит однажды ответ на вопрос кто тута:
сегодня на исходе.
Корабли постоят и ложатся на курс,
Но они возвращаются сквозь непогоды.
Не пройдет и полгода — и я появлюсь,
Чтобы снова уйти,
чтобы снова уйти на полгода.
Возвращаются все, кроме лучших друзей,
Кроме самых любимых и преданных женщин.
Возвращаются все, — кроме тех, кто нужней.
Я не верю судьбе,
я не верю судьбе, а себе — еще меньше.
Но мне хочется думать, что это не так, —
Что сжигать корабли скоро выйдет из моды.
Я, конечно, вернусь, весь в друзьях и мечтах.
Я, конечно, спою,
я, конечно, спою, — не пройдет и полгода.
1966
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
