Позвонил из городской библиотеки Сергей Анисимов.
- Мы тут опрос проводим среди читателей и писателей города. Какая у вас любимая в детстве сказка?
- "Колобок",- не раздумывая сказал я.
- Да полно...Как-то не серьезно...Может взять более старший возраст...
- Я всегда любил "Колобок", - настаивал я на своём. И вот почему.
В детстве мне очень нравился "Колобок". Нравился тем,что он от всех уходил,а я был из тех детей,которые любили путешествовать без опеки взрослых...
И если меня не выловили утром у порога дома,то значит надо было искать в соседнем лесу,куда я сбегал со двора...Чуть замешкается бабушка в огороде,а меня уже и след простыл.Как Колобок - я от бабушки ушел,я от...Трудно представить,чем могли закончиться мои лесные путешествия,но меня всегда возвращали домой соседи...
И еще, своим детским умом я посчитал Колобка бессмертным! Об этом написал когда-то в эссе "ПОЭТОВ МЕРТВЫХ НЕТ". Вот отрывок:
"Я, например, ощутил дыхание смерти в четыре года и втайне горько плакал несколько ночей подряд, представляя то далёкое время, когда меня не будет. Представлял не саму мою смерть, о ней мне и поныне ничего не известно, а время, в котором меня уже нет. Оно мне казалось страшным, невыносимым, пугающим своей пустыней моей пустоты. И впервые крохотной, неокрепшей детской душой я ощутил злое чувство зависти к Богу, в существование которого меня уже посвятили взрослые. К тому Богу, который вечен, потому что у него, как мне тогда казалось, нет сердца. Тогда я с детской непосредственностью чётко осознал, что смерть таится именно в сердце. Когда она его останавливает, то человек перестаёт жить. И я решил для себя главную проблему борьбы со смертью: нужно быть без сердца, как Бог, только тогда тебе обеспечено бессмертие. И ещё, как мне казалось, один персонаж в моей короткой жизни был без сердца. Я дошёл до этого детским умом, поскольку других сказочных персонажей без сердца ещё не знал. А без сердца, как я догадывался, был известный сказочный персонаж - Колобок.Потому, что ему бабка слепила только голову, поскольку на большее муки не хватило. А сердце, я уже чётко это усвоил, может находиться только в туловище. И Бога, благодаря сказке, я теперь представлял в виде Колобка. Такие мысли о будущем меня пугали, было страшно-страшно, но стало и смешно. И смехом я переборол ужас, хотя именно с тех пор меня никогда не оставляла мысль, что моя личная смерть всегда рядом, всегда внутри меня, такая маленькая, крохотная, но как её много даже для одного человека, ставшего, как я, большим- пребольшим."
Вот почему сказка "Колобок" была и остаётся моей любимой до сих пор! Этот странный персонаж помог мне рано понять философию жизни.Даже, несмотря на то,что жизнь славного Колобка оборвалась в пасти хитрой лисы! Но я еще путешествую,хотя уже чаще на диване перед телевизором...
Альберт Фролов, любитель тишины.
Мать штемпелем стучала по конвертам
на почте. Что касается отца,
он пал за независимость чухны,
успев продлить фамилию Альбертом,
но не видав Альбертова лица.
Сын гений свой воспитывал в тиши.
Я помню эту шишку на макушке:
он сполз на зоологии под стол,
не выяснив отсутствия души
в совместно распатроненной лягушке.
Что позже обеспечило простор
полету его мыслей, каковым
он предавался вплоть до института,
где он вступил с архангелом в борьбу.
И вот, как согрешивший херувим,
он пал на землю с облака. И тут-то
он обнаружил под рукой трубу.
Звук – форма продолженья тишины,
подобье развивающейся ленты.
Солируя, он скашивал зрачки
на раструб, где мерцали, зажжены
софитами, – пока аплодисменты
их там не задували – светлячки.
Но то бывало вечером, а днем -
днем звезд не видно. Даже из колодца.
Жена ушла, не выстирав носки.
Старуха-мать заботилась о нем.
Он начал пить, впоследствии – колоться
черт знает чем. Наверное, с тоски,
с отчаянья – но дьявол разберет.
Я в этом, к сожалению, не сведущ.
Есть и другая, кажется, шкала:
когда играешь, видишь наперед
на восемь тактов – ампулы ж, как светочь
шестнадцать озаряли... Зеркала
дворцов культуры, где его состав
играл, вбирали хмуро и учтиво
черты, экземой траченые. Но
потом, перевоспитывать устав
его за разложенье колектива,
уволили. И, выдавив: «говно!»
он, словно затухающее «ля»,
не сделав из дальнейшего маршрута
досужих достояния очес,
как строчка, что влезает на поля,
вернее – доводя до абсолюта
идею увольнения, исчез.
___
Второго января, в глухую ночь,
мой теплоход отшвартовался в Сочи.
Хотелось пить. Я двинул наугад
по переулкам, уходившим прочь
от порта к центру, и в разгаре ночи
набрел на ресторацию «Каскад».
Шел Новый Год. Поддельная хвоя
свисала с пальм. Вдоль столиков кружился
грузинский сброд, поющий «Тбилисо».
Везде есть жизнь, и тут была своя.
Услышав соло, я насторожился
и поднял над бутылками лицо.
«Каскад» был полон. Чудом отыскав
проход к эстраде, в хаосе из лязга
и запахов я сгорбленной спине
сказал: «Альберт» и тронул за рукав;
и страшная, чудовищная маска
оборотилась медленно ко мне.
Сплошные струпья. Высохшие и
набрякшие. Лишь слипшиеся пряди,
нетронутые струпьями, и взгляд
принадлежали школьнику, в мои,
как я в его, косившему тетради
уже двенадцать лет тому назад.
«Как ты здесь оказался в несезон?»
Сухая кожа, сморщенная в виде
коры. Зрачки – как белки из дупла.
«А сам ты как?» "Я, видишь ли, Язон.
Язон, застярвший на зиму в Колхиде.
Моя экзема требует тепла..."
Потом мы вышли. Редкие огни,
небес предотвращавшие с бульваром
слияние. Квартальный – осетин.
И даже здесь держащийся в тени
мой провожатый, человек с футляром.
«Ты здесь один?» «Да, думаю, один».
Язон? Навряд ли. Иов, небеса
ни в чем не упрекающий, а просто
сливающийся с ночью на живот
и смерть... Береговая полоса,
и острый запах водорослей с Оста,
незримой пальмы шорохи – и вот
все вдруг качнулось. И тогда во тьме
на миг блеснуло что-то на причале.
И звук поплыл, вплетаясь в тишину,
вдогонку удалявшейся корме.
И я услышал, полную печали,
«Высокую-высокую луну».
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
