Что такое поэзия? Этого я не знаю. Но если бы я и знал… то не сумел бы выразить своего знания или, наконец, даже подобрав и сложив подходящие слова, все равно никем бы не был понят
Крошится панорама,
рассыпается на кукурузные палочки.
Чувствую – пора нам
узнать, что ты сегодня плачешь,
бережно просеиваешь волосы, слипшиеся комком
на смазанный воспоминаниями противень,
потом становишься прачкой,
впереди большая стирка,
глаза твои безумием накачаны,
зрачки жёлтые, липкие.
Всё идёт кувырком –
ничего страшного, запросто это проглотим.
Оказалось, ты незрячая
и теперь мы вчетвером
с трудом вмещаемся в дверной проём,
трещат по швам оконные рамы –
ни в одном нет входа.
Пытаемся протиснуться впятером:
ты, я, прачка, незрячая и моя карма –
пригласила на ужин меня и Ворда
я тогда ещё понял, что нас танет шесть,
шесть и стало.
Карма заявила, что получка на карточку не пришла,
нечего есть.
Я посмотрел в окно –
горизонт пел вокалом,
его линия пилила меня как пила.
Подумал, что это парано
ослика Иа.
Потому что среди тысяч Квентинов Тарантин
я один.
В былые дни и я пережидал
холодный дождь под колоннадой Биржи.
И полагал, что это - Божий дар.
И, может быть, не ошибался. Был же
и я когда-то счастлив. Жил в плену
у ангелов. Ходил на вурдалаков.
Сбегавшую по лестнице одну
красавицу в парадном, как Иаков,
подстерегал.
Куда-то навсегда
ушло все это. Спряталось. Однако
смотрю в окно и, написав "куда",
не ставлю вопросительного знака.
Теперь сентябрь. Передо мною - сад.
Далекий гром закладывает уши.
В густой листве налившиеся груши
как мужеские признаки висят.
И только ливень в дремлющий мой ум,
как в кухню дальних родственников - скаред,
мой слух об эту пору пропускает:
не музыку ещё, уже не шум.
осень 1968
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
