идём дальше, там ворона сохнет, кидаем под мост - пусть мокнет ...идём дальше - ворона мокнет, за хвост и на мост - пусть просохнет...идём дальше....
Анна проснулась, сон досмотрев до точки,
февральское утро,
лишний день в году,
двадцать лет назад –
день рождения дочки,
распахнула окно – вдохнула холодное небо,
сварила кофе, отломила хлеба,
отхлебнула чёрный глоток из чашки,
на чистом листе написала:
с днём рожденья, Наташка...
выросла – на руки не взять...
время бежит... твою мать...
Наташа проснулась и смотрит в потолок -
двадцать лет назад родился сынок,
встала,
потянулась,
в окне февральское небо,
сварила кофе,
отломила хлеба,
отхлебнула из чашки чёрный глоток,
нажала фейстайм и сказала:
с днём рождения сынок...
какой ты уже большой...
на руки не взять...
время бежит... твою мать...
круговорот нас... во времени и пространстве )
черный глоток из чашки - классный, это время наше горчит... так и пьем )
горькое подчёркивает вкус сладкого..)
Чуть помедленнее, вашу мать, чуть помедленнее...
Не люблю февраль, не запьешь его белизну черным кофе...
найтип хоть одного кто любит февраль...наш февраль - срееднеруссковозвышенный..))
ага, достать чернил и плакать)
Для реабилитации февраля
Засыпает снегами февраль, засыпает...
Вяло щурится солнечный кот
На ворон у ворот. Поворот
Уже сделан к весне,
Сон зимы потихоньку растает.
Как растает печаль...
"Всё проходит, и это пройдёт."
февраль реабилитирован...)
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
Иаков сказал: Не отпущу Тебя, пока не благословишь меня.
Бытие, 32, 26.
Всё снаружи готово. Раскрыта щель. Выкарабкивайся, балда!
Кислый запах алькова. Щелчок клещей, отсекающих навсегда.
Но в приветственном крике – тоска, тоска. Изначально – конец, конец.
Из тебе предназначенного соска насыщается брат-близнец.
Мой большой первородный косматый брат. Исполать тебе, дураку.
Человек – это тот, кто умеет врать. Мне дано. Я могу, могу.
Мы вдвоем, мы одни, мы одних кровей. Я люблю тебя. Ты мой враг.
Полведра чечевицы – и я первей. Всё, свободен. Гуляй, дурак.
Словно черный мешок голова слепца. Он сердит, не меня зовёт.
Невеликий грешок – обмануть отца, если ставка – Завет, Завет.
Я – другой. Привлечен. Поднялся с колен. К стариковской груди прижат.
Дело кончено. Проклят. Благословен. Что осталось? Бежать, бежать.
Крики дикой чужбины. Бездонный зной. Крики чаек, скота, шпанья.
Крики самки, кончающей подо мной. Крики первенца – кровь моя.
Ненавидеть жену. Презирать нагой. Подминать на чужом одре.
В это время мечтать о другой, другой: о прекрасной сестре, сестре.
Добиваться сестрицы. Семь лет – рабом их отца. Быть рабом раба.
Загородки. Границы. Об стенку лбом. Жизнь – проигранная борьба.
Я хочу. Я хочу. Насейчас. Навек. До утра. До последних дат.
Я сильнее желания. Человек – это тот, кто умеет ждать.
До родимого дома семь дней пути. Возвращаюсь – почти сдаюсь.
Брат, охотник, кулема, прости, прости. Не сердись, я боюсь, боюсь.
...Эта пыль золотая косых песков, эта стая сухих пустот –
этот сон. Никогда я не видел снов. Человек? Человек – суть тот,
кто срывает резьбу заводных орбит, дабы вольной звездой бродить.
Человек – это тот, кто умеет бить. Слышишь, Боже? Умеет бить.
Равнозначные роли живых картин – кто по краю, кто посреди?
Это ты в моей воле, мой Господин. Победи – или отойди.
Привкус легкой победы. Дела, дела. Эко хлебово заварил.
Для семьи, для народа земля мала. Здесь зовут меня - Израиль.
Я – народ. Я – семья. Я один, как гриб. Загляни в себя: это я.
Человек? Человек – он тогда погиб. Сыновья растут, сыновья.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.