Кто пьет с Пастернаком бессонницы хмель,
Кто с Хармсом считает старушек,
Кого-то в степи закружила метель
И Пушкиным вытрясла душу.
Кого-то ветра африканские жгут
И шепчут стихи Гумилева.
Кому-то за Блока в подвале нальют
Шампанского снова и снова.
А кто-то в дыму над бильярдным столом
Гремит Маяковским упрямо.
Кому-то привиделся Блок за углом,
Кого-то штормит Мандельштамом...
Кого-то качает, кого-то штормит,
губами в салат окунает...
Кропает стишки полупьяный пиит
и рифмы, как слюни, пускает.
И в каждой слюне Маяковский бурлит,
и Хармса на "ха" посылает.
Поэты оне. Вольных прерий орлы,
посланцы застольного рая.
Смотрите, упившись, лежит Пастернак.
И Блок с Мандельштамом нажраты.
Тошнит Гумилёва... Короче, бардак.
Натрескались даже жирафы.
Но кто-то в аптеку внезапно бежит,
какой-то прыщавый подросток,
и в толстой тетради выводит пиит:
"Ребята! Да это ж Чуковский!"
И пришли к Айболиту поэты:
Доктор, у нас тут Это.
Оно нас ловит повсюду
И мучает, мучает зудом.
Покачал Айболит головою:
Это будет похуже запоя.
И не в силах даже консилиум
Излечить графоманский делириум.
)))
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
Бога нет...
Ну что ж, и слава богу...
Без Него достаточно хлопот.
Сея в сердце смутную тревогу,
над землёй
пасхальный звон плывёт.
Бога нет...
Но так, на всякий случай,
позабыв про деньги и харчи,
затаи дыхание и слушай,
как пасхальный звон плывёт в ночи.
Всё сильней, всё праведней, всё выше
Золотой
звучащею стеной
движутся колокола,
колыша
черный воздух
над моей страной.
Бога нет...
Ну что ж, я понимаю...
И, влюблённый в белый, бедный свет,
я глаза спокойно поднимаю
к небесам,
которых тоже нет.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.