1
Сельской лачуги крыльцо выведет к призрачным залам —
в мир, перевернутый так безнадежно и строго:
к ангелам с птичьим лицом и хвостами шакалов,
к черному богу, чьи плечи опутаны тиной,
к губкам-кораллам, чей мат почерней гуталина,
к пьяным солдатам, борделям, баракам, дорогам...
2
В топях под мхами заветная прячется тропка,
гномом хранима, укрыта ковром из брусники.
Бледная нежить ночами резвится, и робко
в мраке трясин проступают истлевшие лики...
Вот и плетень, облицованный мрамором серым.
Грозные стражи таятся в альковах бездонных,
ржавые латы расцвечены свежей рекламой.
Воздух, закрытый для ветра, пропитан сортиром.
Выхода нет — есть только входы и стены.
Да коридоры, где хлорка скрипит под ботинком
вместе с осколками раковин древних моллюсков.
3
Скоро рассвет мутной дымкой затянет деревню...
в горы уходишь с попутным эльфийским отрядом.
Следом — не ворона крик, но прощальная песня
тем, кто свободу обрел после долгих исканий,
как ученик, обретающий тайну искусства.
...Миг пробуждения —
дверь, что прорублена сквозь измеренья.
Вещи встают по местам.
Время привычней течет.
Смутною рябью зеркал
тают навеки
соседних
вселенных
движенья.
Девочке медведя подарили.
Он уселся, плюшевый, большой,
Чуть покрытый магазинной пылью,
Важный зверь с полночною душой.
Девочка с медведем говорила,
Отвела для гостя новый стул,
В десять спать с собою уложила,
А в одиннадцать весь дом заснул.
Но в двенадцать, видя свет фонарный,
Зверь пошел по лезвию луча,
Очень тихий, очень благодарный,
Ножками тупыми топоча.
Сосны зверю поклонились сами,
Все ущелье начало гудеть,
Поводя стеклянными глазами,
В горы шел коричневый медведь.
И тогда ему промолвил слово
Облетевший многодумный бук:
— Доброй полночи, медведь! Здорово!
Ты куда идешь-шагаешь, друг?
— Я шагаю ночью на веселье,
Что идет у медведей в горах,
Новый год справляет новоселье.
Чатырдаг в снегу и облаках.
— Не ходи, тебя руками сшили
Из людских одежд людской иглой,
Медведей охотники убили,
Возвращайся, маленький, домой.
Кто твою хозяйку приголубит?
Мать встречает где-то Новый год,
Домработница танцует в клубе,
А отца — собака не найдет.
Ты лежи, медведь, лежи в постели,
Лапами не двигай до зари
И, щеки касаясь еле-еле,
Сказки медвежачьи говори.
Путь далек, а снег глубок и вязок,
Сны прижались к ставням и дверям,
Потому что без полночных сказок
Нет житья ни людям, ни зверям.
1939
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
