Казалось, снег
Давно всё об этом знает,
А с ним сквозняк,
Подкармливая тревогу...
Казалось, нет
Упрёков, и нет желаний,
С годами-то можно свыкнуться
С чем угодно...
Самообманом только
Лечить простуды,
Но не себя - это же бесполезно.
Сидит напротив...
Смеётся, жестоко шутит
Моя беда...
И с ней мне почти не тесно.
Неровных три
Отсчитываю мерно...
Она свернулась
Кошкой, а едкий дым
Остался памятью на одежде…
Блуждал по комнате и
Душил
Моей беде вся площадь
Пустого сердца...
«Танцуй! Танцуй!» -
Смотрю на изящность ног…
Не будет проще, не будет лучше,
Не станет легче.
Она взрослеет вместе со мной
Каждую ночь.
Сначала мать, отец потом
Вернулись в пятьдесят девятый
И заново вселились в дом,
В котором жили мы когда-то.
Все встало на свои места.
Как папиросный дым в трельяже,
Растаяли неправота,
Разлад, и правота, и даже
Такая молодость моя -
Мы будущего вновь не знаем.
Отныне, мертвая семья,
Твой быт и впрямь неприкасаем.
Они совпали наконец
С моею детскою любовью,
Сначала мать, потом отец,
Они подходят к изголовью
Проститься на ночь и спешат
Из детской в смежную, откуда
Шум голосов, застольный чад,
Звон рюмок, и, конечно, Мюда
О чем-то спорит горячо.
И я еще не вышел ростом,
Чтобы под Мюдин гроб плечо
Подставить наспех в девяностом.
Лги, память, безмятежно лги:
Нет очевидцев, я - последний.
Убавь звучание пурги,
Чтоб вольнодумец малолетний
Мог (любознательный юнец!)
С восторгом слышать через стену,
Как хвалит мыслящий отец
Многопартийную систему.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
