шастают бабы по мосту
лета говорите нету
было ли лето
это где ты
и только зайковые приветы
межлиственных просветов
дёргаются на плитке
прыгать не хватает сил
этакие сонные караси
и слегка замёрзшая кошка
лапой шкряб-шкряб
по карасю
не хасю
и отворачивается на звук
шаркающих ног двух
это в сланцах
маленький засранец
прикинул достанет ли до хвоста
неспроста
мороженым
мысли отморожены
не злитесь люди будет лето
хоть осенью
да косенько
но месяц тепла положен
под травяное сукно
и сквозь грязное окно
смеются ясные лучики
грузчики
растаскивают в стороны
серые тюки рваной тоски
над листопадным цевьём
повоюем ещё поживём
Мы живем, под собою не чуя страны,
Наши речи за десять шагов не слышны,
А где хватит на полразговорца,
Там припомнят кремлевского горца.
Его толстые пальцы, как черви, жирны,
И слова, как пудовые гири, верны,
Тараканьи смеются глазища
И сияют его голенища.
А вокруг него сброд тонкошеих вождей,
Он играет услугами полулюдей.
Кто свистит, кто мяучит, кто хнычет,
Он один лишь бабачит и тычет.
Как подкову, дарит за указом указ —
Кому в пах, кому в лоб, кому в бровь, кому в глаз.
Что ни казнь у него — то малина
И широкая грудь осетина.
Ноябрь 1933
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
