Бродили мысли...
Что им делать?
Маячили туда-сюда.
Они страдали от пробелов
и от отточий...
Иногда.
Но этих мыслей своеволье
раскачивало горизонт.
Кого-то обжигало болью.
Кого-то строило во фронт.
Какой-то дух,
из подворотни,
их закорючил в кондуит...
Ловил их птицелов,
а плотник
их заколачивал под плинт-
ус намотал на них,
прохожий,
из зарубежных ныне стран...
И мыслей строй
был неухожен,
как в забегаловке
стакан...
А на дворе кончалась осень,
и лист последний истребя,
ветра устойчивость укосин
примеривали на себя.
Но крыши, выстояв привычно,
уже ловили первый снег.
А мыслей строй,
приняв "Столичной",
перечил ледоставу рек.
В те времена в стране зубных врачей,
чьи дочери выписывают вещи
из Лондона, чьи стиснутые клещи
вздымают вверх на знамени ничей
Зуб Мудрости, я, прячущий во рту
развалины почище Парфенона,
шпион, лазутчик, пятая колонна
гнилой провинции - в быту
профессор красноречия - я жил
в колледже возле Главного из Пресных
Озер, куда из недорослей местных
был призван для вытягиванья жил.
Все то, что я писал в те времена,
сводилось неизбежно к многоточью.
Я падал, не расстегиваясь, на
постель свою. И ежели я ночью
отыскивал звезду на потолке,
она, согласно правилам сгоранья,
сбегала на подушку по щеке
быстрей, чем я загадывал желанье.
1972
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.