К апрелю отмоется город от ватного серого снега,
белесого смога, загадочных полупрозрачных теней.
На Финском растают торосы, рыбацкие лодки-ковчеги
займут своё место и цепи у вечных гранитных камней.
Из треснувших почек пролезут на свет удивлённые листья,
и гнёздами хвастаться друг перед другом устанут вороны,
и в мутные лужи отважно шагнут акварельные кисти
потерянных ветром на полном скаку дождевых балахонов.
Тепла, как обычно, не хватит, но это весне не помеха —
апрель нас избавит от тяжести зимних сапог и пальто.
Ночами — не спать оттого, что у стен завибрирует эхо
пронзительных криков дворовых влюблённых котов.
Как пел пропойца под моим окном!
Беззубый, перекрикивая птиц,
пропойца под окошком пел о том,
как много в мире тюрем и больниц.
В тюрьме херово: стражники, воры.
В больнице хорошо: врач, медсестра.
Окраинные слушали дворы
такого рода песни до утра.
Потом настал мучительный рассвет,
был голубой до боли небосвод.
И понял я: свободы в мире нет
и не было, есть пара несвобод.
Одна стремится вопреки убить,
другая воскрешает вопреки.
Мешает свет уснуть и, может быть,
во сне узнать, как звезды к нам близки.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
