висок навылет
выльет день часы
из доли високосной
пылью костной
на вислою поникшие усы
на реверс
с австралийским утконосом
какая дичь и эукариот
по илу мыслей
водит мягким клювом
безделье в плен
и в долю не берёт
теперь на букву ха
пойти велю вам
да сколько можно
целовать закон
который для тебя
петля да дышло
на не твоём лугу
пасутся ко...
в идиллии опять
чего не вышло
грозится карой ворон
в тину дней
погрузятся привычки
лисы спички возьмут
услыша четырёх коней
и море подожгут
но невелички слетятся
кислым пеплом на губах
осядут серым снегом
на ресницах
из маленьких
но многих через страх
чудная красота
заголосится
Вот здесь я жил давным-давно - смотрел кино, пинал говно и пьяный выходил в окно. В окошко пьяный выходил, буровил, матом говорил и нравился себе и жил. Жил-был и нравился себе с окурком "БАМа" на губе.
И очень мне не по себе, с тех пор как превратился в дым, а также скрипом стал дверным, чекушкой, спрятанной за томом Пастернака - нет, не то.
Сиротством, жалостью, тоской, не музыкой, но музыкой, звездой полночного окна, отпавшей литерою "а", запавшей клавишею "б":
Оркестр играет н тру е - хоронят Петю, он де ил. Витюр хмуро р скурил окурок, ст рый ловел с, стоит и пл чет дядя Ст с. И те, кого я сочинил, плюс эти, кто вз пр вду жил, и этот двор, и этот дом летят н фоне голу ом, летят неведомо куд - кр сивые к к никогда.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.