Идёшь по осколкам пола,
а мир кружится, кружится, кружится.
Закрываешь глаза
(чисто для прикола),
под веками — вен сумятица, кружевце
пятен, вспышек цвета…
теряешь ориентацию.
Осторожно! В своём декадансе,
открывая глаза, можешь оказаться
в неопознаваемом пространстве.
Абсолютной новизны кисель.
Тебя тошнит рваными лужицами,
перед глазами пугающая карусель
неизвестности,
мозг бессмысленно тужится,
крутит калейдоскоп, лихорадочно
пытается составить образ
знакомой карты:
– Где-то тут были закладочки?!
И вдруг вспышка, кто это?! Дикообраз?
Где я? Кто я? Нет, только не это...
Верните срочно меня на место!
Бах — из обоих глаз дуплетом…
держишь щекой паркет вместе, нет вместо…
Плача, вытекая соплями из носа, мозг сдаётся,
подбирает из любых отдалённо похожих картинок
хоть что-то, чтобы срочно выжить. Мне сдаётся
до первобытного ужаса мы с ним хотим
и боимся этих новинок.
По вечерам над ресторанами
Горячий воздух дик и глух,
И правит окриками пьяными
Весенний и тлетворный дух.
Вдали, над пылью переулочной,
Над скукой загородных дач,
Чуть золотится крендель булочной,
И раздается детский плач.
И каждый вечер, за шлагбаумами.
Заламывая котелки,
Среди канав гуляют с дамами
Испытанные остряки.
Над озером скрипят уключины,
И раздается женский визг,
А в небе, ко всему приученный,
Бессмысленно кривится диск.
И каждый вечер друг единственный
В моем стакане отражен
И влагой терпкой и таинственной,
Как я, смирён и оглушен.
А рядом у соседних столиков
Лакеи сонные торчат,
И пьяницы с глазами кроликов
"In vino veritas!" кричат.
И каждый вечер, в час назначенный
(Иль это только снится мне?),
Девичий стан, шелками схваченный,
В туманном движется окне.
И медленно, пройдя меж пьяными,
Всегда без спутников, одна,
Дыша духами и туманами,
Она садится у окна.
И веют древними поверьями
Ее упругие шелка,
И шляпа с траурными перьями,
И в кольцах узкая рука.
И странной близостью закованный,
Смотрю за темную вуаль,
И вижу берег очарованный
И очарованную даль.
Глухие тайны мне поручены,
Мне чье-то солнце вручено,
И все души моей излучины
Пронзило терпкое вино.
И перья страуса склоненные
В моем качаются мозгу,
И очи синие бездонные
Цветут на дальнем берегу.
В моей душа лежит сокровище,
И ключ поручен только мне!
Ты право, пьяное чудовище!
Я знаю: истина в вине.
24 апреля 1906. Озерки
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
