По чёрному, небесному холсту
рисует ночь пророчества -
звездами.
Церквушка спит, вздыхая образами,
готовая проснуться к Рождеству.
Ажурным льдом мерцает полынья,
мороз трескучий,
бойко едут сани,
в собольих шубах – девы со щеками,
румяными, на зависть снегирям.
Смущаются, краснея от похвал,
молодчиков,
искусных в обольщеньи,
которые бахвалятся уменьем
прижаться к юным, девичьим губам.
Сулят не только вздохи и слова,
но страстные объятья -
изнывают,
что шуб собольих нежная броня
к добыче тёплой руки не пускает.
Монистами звенит девичий смех,
им вторят колокольцы
под дугою…
ложится иней, снежною мукою
на санный след, счастливых юных лет.
Перелистнём свои календари,
поднимем тост – за новые надежды,
за новый год,
за новые грехи,
за всё, что было в жизни нашей прежней.
Словно тетерев, песней победной
развлекая друзей на заре,
ты обучишься, юноша бледный,
и размерам, и прочей муре,
за стаканом, в ночных разговорах
насобачишься, видит Господь,
наводить иронический шорох -
что орехи ладонью колоть,
уяснишь ремесло человечье,
и еще навостришься, строка,
обихаживать хитрою речью
неподкупную твердь языка.
Но нежданное что-то случится
за границею той чепухи,
что на гладкой журнальной странице
выдавала себя за стихи.
Что-то страшное грянет за устьем
той реки, где и смерть нипочем, -
серафим шестикрылый, допустим,
с окровавленным, ржавым мечом,
или голос заоблачный, или...
сам увидишь. В мои времена
этой мистике нас не учили -
дикой кошкой кидалась она
и корежила, чтобы ни бури,
ни любви, ни беды не искал,
испытавший на собственной шкуре
невозможного счастья оскал.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
