Войнушка. Детство. Я слегка убит.
В пять лет обидно быть слегка убитым.
И санитарка Ленка не спешит:
"Вот если б ранен. И, вообще, иди ты..."
И я иду. А древний бог Харон
Из книжки Куна чудится в подвале.
А может это не опохмелён
Сантехник Вася мечется в угаре.
С намереньем закрыть какой-то кран.
Но темнота и воды под ногами,
Фонарь упавший, рушится весь план,
И эхо отдаётся матюками.
В то лето в скарлатиновом бреду,
Когда не сны, а страшные мультфильмы,
Я очутился в мёртвом детсаду
Где трупики расклёвывает филин.
Меня спасал лишь бабушкин компресс.
Я к розам хочу, в тот единственный сад,
Где лучшая в мире стоит из оград,
Где статуи помнят меня молодой,
А я их под невскою помню водой.
В душистой тиши между царственных лип
Мне мачт корабельных мерещится скрип.
И лебедь, как прежде, плывет сквозь века,
Любуясь красой своего двойника.
И замертво спят сотни тысяч шагов
Врагов и друзей, друзей и врагов.
А шествию теней не видно конца
От вазы гранитной до двери дворца.
Там шепчутся белые ночи мои
О чьей-то высокой и тайной любви.
И все перламутром и яшмой горит,
Но света источник таинственно скрыт.
1959, Ленинград
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
