Промозгло, карантинно. Снова осень,
остывший кофе, горечь на губах.
Мигранты-журавли с собой уносят
остатки неба синего. Гурьба
багряно-жёлтых беспризорных листьев
спешит сбежать от дворника с метлой.
Мелькает в тучах солнце мордой лисьей
и прячет дефицитное тепло.
Понуро дни в насквозь промокших кедах
шагают в зиму. Дождь накинул шаль
на серый город. Склочные беседы
ведут трамваи вечером. Спешат
домой зонты - просохнуть, обогреться,
у них работы - непочатый край.
Читает осень курс занудных лекций,
водя указкой по пустым дворам.
Мама маршевую музыку любила.
Веселя бесчувственных родных,
виновато сырость разводила
в лад призывным вздохам духовых.
Видно, что-то вроде атавизма
было у совслужащей простой —
будто нет его, социализма,
на одной шестой.
Будто глупым барышням уездным
не собрать серебряных колец,
как по пыльной улице с оркестром
входит полк в какой-нибудь Елец.
Моя мама умерла девятого
мая, когда всюду день-деньской
надрывают сердце “аты-баты” —
коллективный катарсис такой.
Мама, крепко спи под марши мая!
Отщепенец, маменькин сынок,
самого себя не понимая,
мысленно берёт под козырёк.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
