Если теория относительности подтвердится, то немцы скажут, что я немец, а французы — что я гражданин мира; но если мою теорию опровергнут, французы объявят меня немцем, а немцы - евреем
"Хотела любви? Распишись, владей.
Кончай семафорить в ночи: не надо.
С капризами этими нету сладу.
Ох, как же устал я от вас, людей!
Ну что в нём не так? Полноват, плешив,
очки, бородавка, не вышел ростом?
Зато не храпит и готовит сносно,
имеет жилплощадь, свою... Пляши!
Опять не подходит? Что ж, нет так нет.
Стрелу отдавай. И куда теперь я?
На улице дождь, отсырели перья,
и крылья обвисли. Чайку бы мне..."
Сидит и сердито сопит как ёж
над чашкой сервизной с остывшим чаем.
Сырой и нахохленный чрезвычайно,
бубнит еле слышно, не разберёшь.
"Девятая жизнь. Поворот судьбы -
и нет ни покоя, ни жизни личной.
Ещё Купидоном каким-то кличут,
а раньше-то Васенькой, помню, был...
Эх!.. Ладно, пора. Но имей в виду -
я скоро ещё раз к тебе зайду."
Боясь расплескать, проношу головную боль
в сером свете зимнего полдня вдоль
оловянной реки, уносящей грязь к океану,
разделившему нас с тем размахом, который глаз
убеждает в мелочных свойствах масс.
Как заметил гном великану.
В на попа поставленном царстве, где мощь крупиц
выражается дробью подметок и взглядом ниц,
испытующим прочность гравия в Новом Свете,
все, что помнит твердое тело pro
vita sua - чужого бедра тепло
да сухой букет на буфете.
Автостадо гремит; и глотает свой кислород,
схожий с локтем на вкус, углекислый рот;
свет лежит на зрачке, точно пыль на свечном огарке.
Голова болит, голова болит.
Ветер волосы шевелит
на больной голове моей в буром парке.
1974
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
