К фотографии, на котором изображены Толстой и Чехов за чаем
Толстой и Чехов пили чай.
Лев Николаич невзначай
себе подкладывал лукум:
– Ты не серчай, конечно, кум,
крыжовника неурожай –
варенья нет, есть голый чай.
– Так я не против и лукум!
Подвинь ко мне лукуму, кум!
– Склевали птицы урожай.
Тут, обожай, не обожай,
варенье не с чего варить.
Осталось чай с лукумом пить.
Так за десертами оне
поговорили о войне,
о том, что низок мезонин
и кто хороший семьянин.
– А знаешь, давеча вино
крыжовника с Платошей пил...
– Да ладно, склеван он давно?
– Платошка штофик раздобыл...
– Все, про крыжовник ну гу-гу!
Цветы какие на лугу...
– И славный разнотравный мед
мне дарят пчелы каждый год.
– Лукума близится исход,
не перейти ли нам на мед?
Раздули снова самовар.
Антон пенял на гонорар.
В прикуску с медом вновь они
беседу умную вели –
о судьбах мужика в Руси,
о том, что Лев с утра косил,
о том, что Палыч был бы рад
продать недешево свой сад.
И лишь крыжовник был табу –
не рос у Палыча в саду.
Меня ругая почем зря –
при чем, мол, автор, кумовья? –
отвергните мой скромный стих.
Меж тем, я истину постиг –
У сих достойнейших мужей
Был крестник общий на двоих.
Точнее – крестница. Туше!
Друзья, быть может, это поза,
Но имя дадено ей – Проза.
Не думал и не гадал даже, что Чехов и Толстой когда-то вместе пили чай.
Они были знакомы, Чехов читал Толстому свои рассказы. Многие известные писатели были знакомы. Тургенев с Толстым даже поссорились, когда были в гостях у Фета, и собирались драться на дуэли, но, к счастью, дуэль не состоялась и потом они помирились.
Очень здоровское. Такой себе постмодернизм)
почти декаданс. только тления нет )
Тема такая интересная! И написано легко!
Супер!
спасибо, Луиза!
Вполне реалистично, почему бы и нет? И симпатично, как то жалко их даже стало. С Наступающим!)
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
На четверых нетронутое мыло,
Семейный день в разорванном кругу.
Нас не было. А если что и было –
Четыре грустных тени на снегу.
Там нож упал – и в землю не вонзится.
Там зеркало, в котором отразиться
Всем напряженьем кожи не смогу.
Прильну зрачком к трубе тридцатикратной –
У зрения отторгнуты права.
Где близкие мои? Где дом, где брат мой
И город мой? Где ветер и трава?
Стропила дней подрублены отъездом.
Безумный плотник в воздухе отвесном
Огромные расправил рукава.
Кто в смертный путь мне выгладил сорочку
И проводил медлительным двором?
Нас не было. Мы жили в одиночку.
Не до любви нам было вчетвером.
Ах, зеркало под суриком свекольным,
Безумный плотник с ножиком стекольным,
С рулеткой, с ватерпасом, с топором.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.