архаичный чумацкий по флягам бездонным разлив,
тридцать третьего -бря на на постылой бориспольской трассе
мы с тобой постигали фонетику ливней косых,
мастер-класс автостопов и полный фургон мастер-классов:
мастер-класс по китайскости – ли-ли-и-ху-ли-кон-фу-
цинандали-амброзия – и целый мир – по цимбалам,
и в бесплатных сортирах, как будто скелеты в шкафу,
безопасны несущие камни данайцев амбалы;
мастер-класс по макдональдсу – доится маслицем всмак
вільна каса, чуть-чуть обручённая с бескошельковьем,
храмоспасский картофель шикуется пачкой в рюкзак
и плывёт, словно взятка, на кухню пик-апной свекрови;
мастер-класс по лазутчеству в стан мирового врага –
унисексные джинсы и утро в пятнистой рубахе;
мастер-класс терапии склероза холодным «рогань»,
мастер-класс компанейскости медной дресс-кодовой бляхой;
мастер-класс по влюблённости – чижик с наколкой в зрачке
татуирует вилкой шашлык, элластичный, как шея
ростовщицы-старушки, а рядом висит на крючке
беспризорный амурчичек, алым копытцем рыжея…
– мы учились всему понемногу, задравши подол,
и крещатик задрав, и клеёнку – разлитым стопари-…
но зачем же на каждом закате, забравшись под стол,
дядя федя нам выл плясовую «дрожащие твари»?
...Вновь я посетил
Тот уголок земли, где я провел
Изгнанником два года незаметных.
Уж десять лет ушло с тех пор - и много
Переменилось в жизни для меня,
И сам, покорный общему закону,
Переменился я - но здесь опять
Минувшее меня объемлет живо,
И, кажется, вечор еще бродил
Я в этих рощах.
Вот опальный домик,
Где жил я с бедной нянею моей.
Уже старушки нет - уж за стеною
Не слышу я шагов ее тяжелых,
Ни кропотливого ее дозора.
Вот холм лесистый, над которым часто
Я сиживал недвижим - и глядел
На озеро, воспоминая с грустью
Иные берега, иные волны...
Меж нив златых и пажитей зеленых
Оно синея стелется широко;
Через его неведомые воды
Плывет рыбак и тянет за собой
Убогой невод. По брегам отлогим
Рассеяны деревни - там за ними
Скривилась мельница, насилу крылья
Ворочая при ветре...
На границе
Владений дедовских, на месте том,
Где в гору подымается дорога,
Изрытая дождями, три сосны
Стоят - одна поодаль, две другие
Друг к дружке близко,- здесь, когда их мимо
Я проезжал верхом при свете лунном,
Знакомым шумом шорох их вершин
Меня приветствовал. По той дороге
Теперь поехал я, и пред собою
Увидел их опять. Они всё те же,
Всё тот же их, знакомый уху шорох -
Но около корней их устарелых
(Где некогда всё было пусто, голо)
Теперь младая роща разрослась,
Зеленая семья; кусты теснятся
Под сенью их как дети. А вдали
Стоит один угрюмый их товарищ
Как старый холостяк, и вкруг него
По-прежнему всё пусто.
Здравствуй, племя
Младое, незнакомое! не я
Увижу твой могучий поздний возраст,
Когда перерастешь моих знакомцев
И старую главу их заслонишь
От глаз прохожего. Но пусть мой внук
Услышит ваш приветный шум, когда,
С приятельской беседы возвращаясь,
Веселых и приятных мыслей полон,
Пройдет он мимо вас во мраке ночи
И обо мне вспомянет.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
