у меня живёт куздра и глокает антитворог
у меня чешет головы гидра пластмассовым гребнем
на оплывшем трюмо чистит ногти ручной носорог
равнодушный ко вся и всему как шестёрик гаремный
у меня есть живой ацетон пергидроль перегар
попугайскими масками
в голову бьётся песками
атакамы моча но с утра заводной паламарь
целит в жухлость инжирины совести
и тумаками
оглушённая я не кормлю ни головок ни куздр
в пищевод заползаю сквозь зоб одеяла-росянки
заслонюсь-задохнусь-жаль-увы-что-не-пере-варюсь
в этой девственной юзаной ткани безвкусной жестянкой
это значит – опять атакамы
опять стрептоцид
спиртовой
а потом – слушать глючное глоканье куздры
чтоб не слышать как там на заплёванной лестнице ссыт
красноглазка-блондинка моя компаньонка искусство
Мы живем, под собою не чуя страны,
Наши речи за десять шагов не слышны,
А где хватит на полразговорца,
Там припомнят кремлевского горца.
Его толстые пальцы, как черви, жирны,
И слова, как пудовые гири, верны,
Тараканьи смеются глазища
И сияют его голенища.
А вокруг него сброд тонкошеих вождей,
Он играет услугами полулюдей.
Кто свистит, кто мяучит, кто хнычет,
Он один лишь бабачит и тычет.
Как подкову, дарит за указом указ —
Кому в пах, кому в лоб, кому в бровь, кому в глаз.
Что ни казнь у него — то малина
И широкая грудь осетина.
Ноябрь 1933
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
