на картах мигали бинтики
от «миновых» антистатиков
летели как тля солдатики
в малиновый саморай
а мы загорались вздохами
нещадно топтали задники
на трассе плодово-ягодной
ось газа – бахчисарай
там было – поднезабудково
тут было – забудь-рокфеллерно
рок падал на наши головы
раммштайном нумеровал
и мамы хватались за сердце
мы делали что не велено
нас пенными телостримами
тащило от наковальнь
и небо виляло змеями
и небо мело мадольником
по аки-наивным пальчикам
с ракеткою кэптэн блэк
убитые фри-бультофелем
бежавшие из питомников
взвалившие на бретелечки
крым эверест казбек
мы небо качали губками
титановыми «духастами»
тамянистыми выдохами
с соцветиями воды
и были святы и праведны
и были предельно счастливы
и были взаймы отмазаны
у мира алаверды
*
… и вот так – ни гек, ни льберри, ни дохлых крысок,
ни разбойницки соловеющих хуков в шляп…
превратили в уксус геронтофилов рислинг,
пожелтела кожа от йода, а не от жаб
запеклись по краям линейки «чмок-чмок» и «пустишь?»
изергиль скукожилась в радужке блеклых глаз…
так вот глянешь назад – ой мамочки, что там – пустошь?
так вот глянешь вперёд – там полчище камикадз:
хромосомный эррор, нескроены самопальты,
сумасшедший (без режиссёра) молоковоз…
и проносится: сочильник, судак и ялта,
слишком августовский тризубистый дед мороз…
и поэтому – сегодня же отжирафить,
стать беспечней, отфрендить страусов, вздыбить шерсть
и гаишник-тучка застынет, не смея штрафик
сунуть в клюв вороне, падающей на шест
Из слез, дистиллированных зрачком,
гортань мне омывающих, наружу
не пущенных и там, под мозжечком,
образовавших ледяную лужу,
из ночи, перепачканной трубой,
превосходящей мужеский капризнак,
из крови, столь испорченной тобой,
- и тем верней - я создаю твой призрак,
и мне, как псу, не оторвать глаза
от перекрестка, где многоголосо
остервенело лают тормоза,
когда в толпу сбиваются колеса
троллейбусов, когда на красный свет
бежит твой призрак, страх перед которым
присущ скорее глохнущим моторам,
чем шоферам. И если это бред,
ночной мой бред, тогда - сожми виски.
Но тяжкий бред ночной непрерываем
будильником, грохочущим трамваем,
огромный город рвущим на куски,
как белый лист, где сказано "прощай".
Но уничтожив адрес на конверте,
ты входишь в дом, чьи комнаты лишай
забвения стрижет, и мысль о смерти
приюта ищет в меркнущем уме
на ощупь, как случайный обитатель
чужой квартиры пальцами во тьме
по стенам шарит в страхе выключатель.
1969
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
